Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Владимир Вишнев

Александр Македонский в восточной поэзии


Всё, что известно европейской истории об Александре Македонском, почёрпнуто из средневековых произведений о нём. Хронология, в соответствии с которой Александр "угодил" в IV век до н.э., тоже появилась достаточно поздно, и тоже в Европе. Однако есть ещё и "восточный" Александр Македонский – Искандер, такой, каким он был для великих поэтов и учёных Востока: Фирдоуси (ок. 934-1020 или 1030), Низами (ок. 1140 – ок. 1209), Навои (1441-1501), Бируни (973 – ок. 1050) и других…


... избранные главы из реферата

по произведениям классической восточной поэзии…

 

… Всё в мире покроется пылью забвенья,

Лишь двое не знают ни смерти, ни тленья.

Лишь дело героя, да речь мудреца

Проходят столетья, не зная конца…

Абу-ль-Касим Фирдоуси. 1000 год н.э.


Александр, сын Филиппа – ионянин, … объединив царство румов, пошёл против Дария, сына Дария, чтобы отомстить за то, что натворили Бухтунассар (Навуходоносор) и вавилоняне, действуя в Сирии.

Абу Рейхан Бируни. 1000 год н.э.


Вступление

 

Имя Александра Македонского (356-323 до н.э. по официальной версии мировой истории) известно всем, поскольку о его жизни и деяниях кто только не писал!

Источниками биографии великого античного царя считаются труды "антиков": Плутарха, Диодора Сицилийского и других, – но в подлинниках их нет. Австрийский историк античности Ф. Шахермайр в книге "Александр Македонский" перечислению авторов, писавших о Македонском при его жизни, посвятил несколько страниц: "Никакой другой поход не получал ещё столь полного отражения в литературе ни по количеству написанного, ни по разнообразию сочинений", – но в конце списка был вынужден сообщить, что "ни одно из упомянутых произведений не дошло до нашего времени".

Подробный отчёт о походах Александра составил, как полагают, Арриан спустя четыре с половиной века после них. Также более чем через полтысячи лет после смерти царя-полководца, в III веке н.э появился роман "Деяния Александра", а написал его на греческом языке некто псевдо-Каллисфен; опять же жаль, что в подлиннике роман не сохранился. На старославянский сочинение псевдо-Каллисфена перевели в XII веке и тогда же, отмечают литературоведы, в Европе зародился так называемый "Александрийский стих", 12-сложный стих с ударениями на 6-м, 12-м и цезурой после 6-го слога, обычно с парной рифмовкой. А название такое стиль стихосложения получил потому, что в это время французские поэты пачками производили поэмы об Александре. Впрочем, не только французские, и не только поэты. А более поздняя греческая переработка псевдо-Каллисфена попала на Русь через южнославянских "посредников" в XV веке.

В общем, труды античных авторов об Александре стали известны в Европе в эпоху Возрождения из арабских или византийских источников, а изначально всё, что известно европейской истории о нём, почёрпнуто из средневековых произведений. Естественно, в итоге об Александре Македонском сложилась в Европе вполне определённая версия. Однако есть ещё и "восточный" Александр Македонский – Искандер.

Восточная поэзия, символика, культура были мало знакомы европейским учёным, создававшим единую мировую хронологию. Многие восточные произведения культуры не соответствуют этой хронологии и в Европе считают мифическими, сказочными; их "несуразности" европейцы объясняют поэтическим вымыслом. Но восточные историки, хорошо знакомые и с Кораном, и с восточной классической поэзией, не озабочены их несоответствием с общемировой хронологией. Ведь они тоже могут с полным основанием попенять европейской версии истории, как излишне рассудочной!

Приведу несколько фраз из произведений поэтов Персии, которые в рамках традиционной истории выглядят фантастическими:

"Александр Македонский и персидский царь Дарийсводные братья…"

"Александр Македонский завоевал не только Азию, но и Африку, но и Францию…"

"Родина Александра МакедонскогоРум, Константинополь…"

"В войске Александра Македонского с Дарием сражались русские…"

"У Александра Македонского были самоходные железные машины для борьбы со слонами индийского царя… "

"У Александра Македонского была артиллерия и осколочно-фугасные снаряды"…

В СССР большинство поэтов Востока (Рудаки, Носир Хисроу, Фирдоуси, Омар Хайям, Хакани, Руми, Саади, Низами, Руставели, Хафиз, Джами, Навои) считались "нашими" поэтами, так как их жизнь и творчество были связаны с теми землями, которые в ХХ веке стали советскими республиками Средней Азии и Закавказья. В Средние же века почти все они были иранскими поэтами, потому что писали на фарси и на арабском, а жили по восточному календарю. Их творчество – это не только поэзия. Это и история, и в определенной степени религия народов Азии. Об этом "восточном" Александре – Искандере и пойдёт речь.

 

Иран от Ахеменидов до Коджаров

 

Итак, Александр Македонский – герой иранского эпоса.

Что вспоминается при слове Иран? Истоки Тигра и Евфрата, где находился райский сад – Эдем. Междуречье и древние шумеры, неизвестно откуда пришедшие в эти края. Ассирия и Вавилон – очаги цивилизации в Месопотамии, и где-то на их окраине Мидия – Персия – Иран, чьи правители Дарии, Ксерксы, Артаксерксы появляются на мировой исторической арене, как соперники карликовых древнегреческих городов-государств.

Нельзя не отметить характерную особенность современного восприятия истории азиатских стран, в том числе и Ирана, европейской традицией. Все исторические события Азии воспринимаются ею как вторичные; они происходят на фоне античной или средневековой истории Европы, а собственного значения не имеют. Аналогично отношение исторической традиции к современникам Древнего Рима: парфянам-Аршакидам и сменившим их Сасанидам, царям царей – шахиншахам, неоднократно громившим победоносные римские войска и бравшим в плен римских императоров.

Эпохальное событие: завоевание Азии Александром Македонским, – в иранской истории выглядит как борьба за власть между ветвями правящей династии, при которой право на первенство Александра никем и не оспаривается. Женившись на дочери прежнего властителя Ирана Дария, он стал царём Ирана по праву наследования власти по женской линии. Причём о древности этой истории говорят только европейцы; для азиатов очевидны параллели этой войны с арабским завоеванием Ирана в VII веке. Последующие века стали временем повсеместного распространения в Азии арабского языка, на котором впоследствии пришли в Европу сочинения индийских, иранских, византийских мудрецов.

Сасанидский Царь Шапур и император Валериан, побеждённый им под Эдессой в III веке н.э. Рельеф невдалеке от Казеруна вблизи Бушера, где ныне Россия и Иран сооружают Бушерскую АЭС.

Руины дворцов царей династии Ахеменидов в Персеполе. По периметру платформы и на лестницах нескончаемой чередой проходят подданные иранских царей. VI-IV века до н.э.

Практически незамеченным для европейских историков прошло иранское Возрождение X-XII веков, давшее миру Бируни, Фирдоуси, Авиценну, Газали, Омара Хайяма, Хакани, Низами – под властью Махмуда Газни на востоке и Сельджукидов на западе Азии. А нашествия в Иран монголов в XIII и Тимура в конце XIV века известны, главным образом, по европейским источникам. Затем следует противостояние Ирана с Османской империей, войны и походы, о которых тоже мало что известно, и новое Возрождение в конце XVI – XVII веках. В этот период отмечаются тесные и дружественные связи Ирана с Московией Фёдора Иоанновича и Бориса Фёдоровича. Известны персидские походы ватаг разбойника Степана Разина и войск царя Петра I; несостоявшийся поход русских казаков в Индию при Павле I, убийство А.С. Грибоедова. Начиная с XVIII века, в Иране шло угасание центральной власти; династия Коджаров находилась под сильным влиянием России и Англии.

Интересно проследить развитие иранской литературы от клинописи эпохи Ахеменидов до нашего времени.

 

Иранская литература от клинописи до наших дней

 

При раскопках холмов между Тигром и Евфратом были найдены клинописные таблички, запечатлевшие эпос о Всемирном потопе и о Гильгамеше – азиатском Геракле, статуи которого встречаются и на территории современного Ирана.

Эпоха Ахеменидов дошла до нас в виде величественных развалин, на стенах которых есть клинописные тексты, такие, как знаменитая Бехистунская клинопись, скопированная и расшифрованная в XIX веке. Считается, что эпоха Ахеменидов – это время создания "Авесты", книги пророчеств Заратустры, которую сжёг Александр Македонский, но затем она была восстановлена и вновь уничтожена арабами в VII веке н.э., и вновь восстановлена, и вновь уничтожена монголами, и вновь восстановлена индийскими парсами. Для Европы она была обретена в XVIII веке стараниями француза Анкетиль дю Перрона.

Время Аршакидов и Сасанидов (III век до н.э. – VII век н.э.) – тысяча лет! – это, как полагают, время становления придворной и народной иранской поэзии на пехлевийском (староиранском) языке. За два поколения до арабского нашествия была составлена летопись иранских династий в книге "Худай-наме", которая исчезла при арабах вместе с пехлевийским языком. Незадолго до Фирдоуси летопись была восстановлена на арабском языке.

Фирдоуси превратил это собрание сказаний и легенд об иранских царях в поэтическое откровение о великом прошлом Ирана, украсил его множеством тонких и мудрых мыслей. Один из героев его "Шах-наме" – великий царь Искандер, Александр Македонский. Он один из пятидесяти иранских царей, описанных в этой книге.

X-XI века – время жизни и творчества Табари – Бируни – Фирдоуси, Авиценны и Омара Хайяма, время повсеместного распространения арабского языка и возникновения нового иранского языка фарси с использованием арабского шрифта.

В конце XII века появляются Руставели и Низами. Руставели – не иранский поэт, но герои его поэмы "Витязь в тигровой шкуре" – арабский, индийский и иранский цари, люди магометанской культуры.

В "Пятерице" Низами Гянджеви пять поэм: "Сокровищница тайн", "Хосров и Ширин", "Лейли и Меджнун", "Семь красавиц", "Искандер-наме".

Конец XV века – время Навои и Джами, которого называли "завершителем" иранской классической поэзии. А Навои был первым, кто писал свои поэмы и на фарси, и на тюркском языке. После них вплоть до нашего времени в иранской поэзии нет ярких имён, хотя XVI-ХVII века считаются временем очередного расцвета Ирана. Строится новая столица Исфаган, художники расписывают дворцы и мечети богатой и причудливой росписью. Однако переписка иранских правителей с русскими царями Фёдором Иоанновичем и Борисом Фёдоровичем ведётся на кизылбашском языке… [21].

Иранская классическая поэзия XI-XV веков становится известной в Европе, главным образом, в XIX веке.

Важной особенностью восточной поэзии было использование авторами на протяжении веков традиционного круга героев и тем в качестве поэтических "ответов" на произведения их предшественников. По этим литературным источникам можно проследить развитие общества и воззрений людей, попытаться составить хронологию средневековых авторов и параллельных им шахов и царей по линиям "отец-сын" и "учитель-ученик". От Рудаки к Фирдоуси, затем к "Пятерице" Низами, к "Семерице" Джами и "Пятерице" Навои.

От Фирдоуси – сто лет до Омара Хайяма и почти двести лет до Низами. После него за триста лет появилось более восьмидесяти поэтических "ответов" на "Пятерицу" Низами, написанных его последователями. Это не просто подражание или пересказ, но в ряде случаев творческое переложение, казалось бы, известных тем…

В конце XV века Алишер Навои написал "Собрание утончённых", своеобразную антологию современной ему поэзии. Там приводятся сведения более чем о трёхстах поэтах Востока! У каждого автора свой подход к теме, но главные герои везде те же самые, что и у Низами. Это: счастливый шах Бахрам-Гур и его семь невест; Хосров, Фархад и Ширин в любовном треугольнике, Лейли и Меджнун, одержимые любовью и гибнущие в огнедышащей лаве любви, и Искандер – Александр Македонский, великий царь: воин, мудрец и пророк.

Лучшие умы Европы восхищались красотой и образностью восточной поэзии, но мало кто задумывался об огромном количестве хронологических противоречий и нестыковок в поэзии Востока по сравнению с уже устоявшейся в XIX-XX веках хронологией мировых событий.

 

Н.А. Морозов об исторических пустынях между Тигром и Евфратом

 

В книге Н.А. Морозова "Миражи исторических пустынь между Тигром и Евфратом. Клинописи" [7] показаны анахронизмы и несоответствия Корану в "восточной классике", а именно, в сборнике сказок "Тысяча и одна ночь" и в поэме Фирдоуси "Шах-наме". Однако безжалостный вердикт Н.А. Морозова о позднеевропейских корнях этих апокрифов, созданных по подобию средневековых рыцарских романов, имеет и обратную сторону. Ведь вполне можно предположить, что сами европейские рыцарские романы — это отголоски "богатырских" восточных сказаний. А анахронизмы в восточных поэмах, на которые обратил внимание Морозов, их несоответствие догматам Корана, в определённой мере, наоборот, могут быть свидетельством их оригинальности.

Да, действительно, главные заповеди Корана: "Не пей вина!" для мужчин и "Не показывай своего лица посторонним!" для женщин, — не нашли себе места в поэмах иранских поэтов, воспевающих одновременно пророка Мухаммеда. Но это говорит не столько об оторванности авторов "апокрифов" от мусульманской традиции, сколько о несоответствии общепринятых представлений о древнем Востоке и об иранской исламской действительности времён Фирдоуси, Низами, Навои. Исторические памятники Ирана, Индии, Рума (сельджукской Турции) неплохо подтверждают правдивость иранской классической поэзии: во дворцах Исфагана, иранской столицы XVII века, сладострастные картины с изобилием вина и полуодетых красавиц существуют по сей день!

А у Руставели, описывающего сказочные страны Востока, не пьют вино только арабские купцы — люди веры Магомета, а все остальные восточные герои от Аравии до Индии почитают Коран, но при этом и пируют, и гуляют от души [8].

Серебряное блюдо. Сасанидский Иран.

VII век н.э.

"Иранская Джоконда". Роспись на стене дворца Чехель-Сутун в Исфагане, XVII век.

 

 

У всех восточных поэтов воспевается лежащая где-то на севере идеальная страна, в которую ищут путь Александр Македонский и другие герои, которая славится изобилием, а также мудростью и свободой живущих в ней людей… И вот этого не найти в европейских рыцарских романах.

Северная идеальная страна, в которой нет ни бедных, ни богатых, нет угнетения и смерти, лежит в сорока днях пути – возможно, это намёк сорок дней поста. Страна, в которую стремится Искандер, это "град божий в душе человека", а не только земная социальная утопия, подобная европейским. Иногда жителей этой идеальной страны называют брахманами, как и индийских жрецов. Но существуют и русские сюжеты, связанные с этой идеальной страной, например, "Слово о рахманах и предивном их житии", где описывается жизнь долгожителей-рахманов, полная изобилия и радости. Эту страну и посетил Александр Македонский [31]. Об этой стране также рассказывается в апокрифе "Хождение Зосимы к рахманам". Об Индии там и не упоминается, а вот у русского Соловья-Разбойника, кроме прозвища, есть ещё и отчество – Рахманович!

 

Древнегреческие мудрецы на Востоке

 

Средневековая поэзия на фарси вплоть до ХХ века определяла историческую традицию не только Ирана, но и всей Азии. Европейские гуманисты, знакомившиеся с ней через византийцев и арабов, конечно, замечали, что всемирно известные исторические персонажи, такие как Александр Македонский, в восточном преломлении кажутся совершенно незнакомыми. И сетовали на сказочность поэзии, хронологические ошибки авторов, но причина этого парадокса не в случайных анахронизмах, а в том, что вся система многовековой восточной поэтической традиции не совпадает с европейской историей древнего мира.

Что интересно, рядом с Александром Македонским — Искандером в восточной поэзии присутствуют другие "знакомые незнакомцы". Оазывется, Восток "позаимствовал" у Древней Греции её мудрецов, но считает их своими! У всех восточных поэтов среди героев обозначены древнегреческие Сократ и Платон (он же Афлатун), Аристотель (Арасту) и Пифагор (Фейсограс), Гиппократ (Букрат), Аполлоний Тианский (Булинас) и Евклид (Эклидус). Также встречаются здесь библейские герои Соломон (Сулейман), Иосиф (Юсуф), Моисей (Муса) и Иисус (Иса). Но их действия, поступки и само время их жизни в корне иные, чем в европейских описаниях. Однако, вот загадка: мы видим здесь только учёных, философов, врачей и пророков. Почему-то Восток "не позаимствовал" древнегреческих поэтов, даже таких, как Гомер и Гесиод… Хотя общеизвестно, что Аристотель (Арасту), который Илиаду знал наизусть, обсуждал её со своим учеником Александром Македонским (Искандером)… Аристотеля и Александра восточные поэты знают, а Гомера обошли своим вниманием.

Лишь однажды Гомер упоминается у Бируни в его книге "Памятники минувших поколений" [5] как первый поэт у греков, наравне с Имру уль Кайсом, поэтом VI века н.э., которого Бируни называет первым поэтом у арабов…

Табари [9] и Бируни [5] – наиболее известные иранские составители всемирной истории IX и X веков. Их хронологические выкладки подкрепляются астрономическими сведениями, которые на полтысячелетия опережают аналогичные открытия европейцев. Нам важно, что вся восточная поэзия наполнена описаниями гороскопов, которые, несмотря на свой восточно-сказочный колорит, поддаются расшифровке и зачастую имеют математические решения, которые очень интересно истолковать с точки зрения современного взгляда на хронологию и вообще историю нашего мира.

Фирдоуси и Бируни – современники, живут на рубеже тысячелетий, – если, разумеется, верна наша традиционная хронология, и если этих классиков правильно разместили на шкале времён. Впрочем, здесь и далее, называя даты жизни и творчества различных авторов, мы вынуждены пользоваться привычной хронологией.

 

На каком языке была написана "Авеста"

 

Одним из общепризнанных источников классической восточной поэзии и восточной хронологии считается священная книга зороастрийцев "Авеста" [10].

Очень странно, но существует несколько версий ответа на вопрос о языке, на котором она была первоначально написана. Например, сообщают, что полный её свод, написанной золотыми буквами на двенадцати тысячах свитков из бычьей кожи, включал 1200 глав из двух миллионов (!) стихов. Если считать построчно, то это вчетверо больше, чем все сочинения Аристотеля. Свитки "Авесты" хранились в главном зороастрийском храме столицы персидских царей Истахра – Персеполя. Александр Македонский сжёг не только Персеполь, но и священные списки "Авесты". Поэты Востока сообщают, что он сделал это с целью "возвращения иранцев к древней религии, к Йездану – единому богу", – так пишет Джами в "Книге мудрости Искандара" [11], или, согласно Низами, к "Авраамовой вере" [3, стр. 597]. И тот же Александр велел перевести на язык Юнана (греческий) отдельные иранские рукописи.

Когда спустя века после сожжения "Авесты" иранские жрецы-маги решили восстановить её по памяти, она оказалась вчетверо короче. Но и этот труд не сохранился. Затем – как считается в традиционной истории – "Авеста" возродилась при Сасанидах (III-VII века н.э.). Сасанидскими жрецами был также составлен комментарий к ней, называвшийся "Зенд Авеста". Однако, согласно Низами, Искандер – Александр сжёг не только саму "Авесту", но и "Зенд Авесту" тоже:

 

Царь велел, чтоб вступив на благую дорогу,

Все народы служили единому богу,

Чтоб, склонясь к Авраамовой вере, они

Месяц с солнцем забыли на вечные дни…

……………….. ………………….

В Вавилон поспешил и, по слову преданий,

Он омыл эту землю от всех волхований…

Книги Зенда он жёг — это книги дурные,

Хоть из них, он сказал, я оставлю иные.

Дымный пламень в сердцах погасил он, вернуть

Он сумел всех неверных на праведный путь…

 

Это ему удалось сделать не только в Вавилоне, но и в Исфагане, где в борьбе с неверными Александру помогал Булинас (Аполлоний Тианский, греческий маг и чародей, современник Иисуса Христа). Налицо полное хронологическое смешение: Александр (традиционный IV век до н.э.) и Аполлоний (I век н.э.) сжигают религиозные тексты не только VI века до н.э., но и III века нашей эры.

И позже текст "Авесты" неоднократно восстанавливался и переделывался в угоду властителям. Его уничтожили арабы при исламизации Ирана. Затем его уничтожили монголы. Но в XVIII веке "Авеста" вновь была обретена благодаря спасшим её иранским парсам – огнепоклонникам, сбежавшим в Индию от нашествия арабов. Имя же самого пророка, создавшего её, на слуху у всех благодаря философско-поэтическому эссе Ф. Ницше "Так говорил Заратустра". У поэтов Востока его называют Зардуштом.

Александр Македонский "погасил Зардуштовы огни"…

Понятно, что жрецы "Зардуштовых огней" должны были относиться к Александру Македонскому, как к своему врагу. В пророчествах Заратустры за триста лет до появления Александра Македонского прямо так и говорится о нём, как "о проклятом румийце – Искандаре – вершителе безнаказанного Зла" [12, стр. 152].

 

Цари царей Сасаниды

 

У поэтов Востока на смену Ахеменидам, свергнутым Александром Македонским, приходят новые цари Сасаниды, считающие себя потомками Дария, но приходят они спустя четыре поколения, а не через пять веков, как принято в традиционной хронологии. При этом повисает в воздухе вся история Древнего Рима, попадающая на эти пять веков. Поскольку для ныне принятой исторической традиции история Востока вторична, на это просто не обращают внимания.

Между тем в поэзии Востока Древний Рим – это Рум, Константинополь, город пророка Исы. С румийцами издавна ссорятся и дружат владыки Ирана. Среди них иранские шахи-Сасаниды Бахрам-Гур (421-438) и Хосров Парвиз (591-628), которых называли шахиншахами – царями царей не только Азии, но всего мира.

Шах Бахрам-Гур сделал своими царственными наложницами семь дочерей правителей подвластных ему стран. Это царевны из Кеева дворца (Иран), от хакана Чина (Китай), римского кесаря (Рум), магрибского султана, индийского раджи, Хорезм-шаха и русского царя.

Шах Хосров влюблён в армянскую царевну Ширин, но женится, однако, на румийской царевне Мариам, затем на исфганской красавице Шекер и лишь затем на Ширин. В своей тоске по Ширин, изливаемой перед Мариам, шах поминает Ису – Иисуса, и даже молится ему.

Эти истории описывались у Фирдоуси, у Низами, у Навои и у многих других поэтов Востока на протяжении веков. Созданные поэтами маски человеческой жизни пересекались с их воплощениями в разных видах деятельности, поэтому было почти невозможно их произвольно заменить. Ведь "Семь красавиц" Бахрам-Гура – это ещё и семь планет, семь "небесных невест", властвующих над свойствами человеческой души, и семь цветов, и семь дней недели…

В поэме Низами появляется мудрый строитель Фархад, как и шах Хосров, беззаветно и безнадёжно влюблённый в Ширин. Ради неё он раздвигает скалы и строит дворцы. Фархад не простой строитель, он интеллектуал, художник и поэт…"Евклида он познал и Меджисте постиг" [3, стр. 191, 823]. "Меджисте" – это "Альмагест" Птолемея, настоящее название которого "Математике синтаксис" ("Свод по математике"). "Меджисте" происходит от греческого "магисте", то есть "величайшая" (книга). "Альмагест" – арабизированная форма этого названия…

Фархад прорубает своей киркой скалу Бисутун. Однако в книгах и Низами, и Навои, знаменитые барельефы царя Дария, вырубленные на этой скале, упоминаются только их комментаторами. Хотя Низами известно изображение Шебдиза, волшебного коня шаха Хосрова, высеченное на этой скале.

Шах Бахрам-Гур и Азаде. Серебряное с позолотой блюдо.

VII век н.э. Эрмитаж [8].

Барельеф Дария Великого в Бисутуне (Бехистуне) вблизи от Керманшаха. Рельеф и клинопись находятся на отвесной скале, на недосягаемой высоте. VI век до н.э. [8].

 

 

Когда шах Хосров приходит к власти, он восседает на знаменитом троне Такдис, подробно описанном в "Шах-наме" Фирдоуси. Низами тоже даёт краткое описание этого трона, говорит об изображении на нём планет и сфер, звёзд и солнечных часов. Эти изображения двигались. По ним можно было составлять гороскопы.

Про самого Хосрова говорится:

 

Был гороскоп хорош и благостен престол

соизволеньем звёзд свой трон он приобрёл…

 

Учителя Хосрова посвятили шаха во многие знания. В том числе поведали о кольце Сатурна [3]. Кольцо Сатурна ещё ранее упоминается у Низами в "Сокровищнице тайн", в "первом молении о наказании и гневе божьем":

 

Глину этой печати ты лунным ларцом раздроби,

В небе чашу Венеры — Сатурна кольцом раздроби…

 

Напомню, что в Европе про кольцо Сатурна узнали после изобретения телескопа и работ Галилея и Гюйгенса.

 

Красный Марс и Огненный Юпитер

На смену Сасанидам приходят арабы. Отношение к ним у восточных поэтов и мудрецов более чем уважительное. У Бируни приводятся подробные списки арабских правителей до Магомета и после него.

Принято считать, что не вполне цивилизованные арабы после завоевания мира многому научились у покорённых ими цивилизованных народов Ромейской империи и Ирана. Но в той же традиционной истории именно арабы являются учителями средневековых европейцев; средневековые иранцы принимают арабский язык и используют их алфавит для своих языков. Столицы арабов на Северном побережье Африки и на Пиренейском полуострове поражают изысканной роскошью. Вряд ли всё это возникло на пустом месте.

Историки отмечают параллели в арабо-персидских военных действиях с войнами эпохи разгрома древнего царства Ахеменидов войсками Александра Македонского [28, Стр. 108-112]. Судьба Йездигерда III – последнего царя Сасанида, весьма схожа с участью Дария III. Первая битва иранцев с арабами при Бовейбе имеет аналогию с битвой при Гранике, битва при Кадесии – с битвой при Иссе и, наконец, последняя решительная битва при Нехавенде (641-642) с битвой при Арбеле. Подобно Дарию Кодоману, шаху Йездигерду пришлось скитаться в северо-восточных областях Ирана и найти смерть по проискам своих наместников. Много сходства в личностях этих государей. Оба были малодушны, неспособны к проявлению энергии в великих и трагических событиях современной им эпохи.

Считается, что вторжение арабов в Иран и насаждение в нём ислама и арабского языка нанесли в VII веке сокрушительный удар по древней иранской культуре. Наступили "века молчания". Старинные сочинения сжигались, а новые не сочинялись. Это продолжалось до IX века, то есть примерно двести лет. И всё же образованные слои иранцев сумели воспринять наиболее ценные элементы арабской культуры, сохранив при этом самобытные черты иранской традиции. Они подняли на высоту не только арабскую литературу, но и подготовили возникновение классической литературы на фарси, в которой большое место занимает романтизация старины, воспеваются древние идеальные царства и благородные герои.

Два русла восточной поэзии – реалистическое и романтическое, тесно переплетаются между собой. В творчестве лучших восточных поэтов синтезируются лирические газели, философские касыды и придворные оды, суфийская мистика переплетается с фольклорными притчами, баснями, поучениями, анекдотами и новеллами. Глубина потока классической иранской поэзии – не менее пятисот лет…

Широка и её география: здесь не только Иран и сопредельные страны, среди которых Рум и Рус (Рум это Рим – Константинополь, а Рус это Русь!), но и африканские Магриб и Занзибар, Индия и Чин – Китай. Зато в восточной поэзии почти нет Европы. Земля Андалуса поначалу, у Фирдоуси, оказывается турецкой Анатолией. У Низами Андалузия – это уже Испания, куда переправляется из Магриба Искандер – Александр Македонский. В поэме Навои в конце XV века уже появляются франки (европейцы), которые сражаются с иранским царём Дарой в войске Александра Македонского. Парадоксы восточной литературы затрагиваются и обсуждаются в книгах серии "Версии мировой история" С.И. Валянского, Д.В. Калюжного и А.М. Жабинского, в частности, в книге "Другая история литературы" [43].

Для меня причиной пристального интереса к трудам восточных авторов стало рассмотрение гороскопов той эпохи А.Т. Фоменко и Г.В. Носовским, конкретно, гороскопа Антиоха Коммагенского "Три планеты во Льве и Луна на шее Льва". В реферате "Иммануил Великовский и Новая хронология" [14] описывался этот гороскоп, для которого А.Т. Фоменко и Г.В. Носовский нашли очень красивое средневековое решение [15]. Но принятое ими отождествление древних названий планет для этого гороскопа не совпадает с названиями, принятыми по Цицерону и Нойгебауэру: выбитое на камне надо Львом древнее название планеты "Пироэйс-Херакле" обычно переводится как "Красный Марс", а Фоменко и Носовский переводят это название как "Огненный Юпитер". Захотелось подробнее разобраться с названиями планет в восточных гороскопах, например, в гороскопах Александра Македонского или Дария. Тем более, что царь Антиох Коммагенский считал себя потомком и Александра Македонского, и Дария.

В иранской поэзии постоянно присутствует астрология. Авестийская космогония, начиная с сотворения мира, имеет и астрологическую интерпретацию. В ней описывались Знаки Зодиака и расположение планет в них. Ормузд-Юпитер и Кейван-Сатурн боролись между собой за жизнь первочеловека. Очень древний авестийский культ огня во многом сходен с древнерусским ритуалом поклонения огню в ночь на Ивана Купала. В русских сказаниях сохранились как трепетная благодарность огню, дарующему тепло, так и боязнь прогневить беспощадное пламя. А.Н. Афанасьев [12, 13] отмечал в русских сказках два цвета пламени: "Красный – первоначально означало — светлый, яркий, блестящий, огненный… красная жизнь – счастливая".… В то же время "воспылать гневом" означало "пламенеть". В поэмах Низами и Навои алый цвет связан со страной Рус; есть упоминания о прекрасной русской невесте Бахрам-Гура, об отважных и пламенных воинах-русах. У иранского шаха Бахрам-Гура дворец русской царевны алого цвета. Он сделан из розового порфира в честь планеты Марс. То есть, у восточных поэтов Марс обычно алого и розового цвета, а Муштари-Юпитер "пламенеет и кровенеет"…

 

… Для поклонников Зардушта рдел живой огонь,

Был источником веселья золотой огонь.

Пламяягода груднаяугли разожгло,

Киноварью сердцевину угля налило.

Яблоком без сердцевины красный уголь рдел,

В сердцевине он гранатом спелым пламенел.

Россыпью он тлел янтарной, окроплён смолой,

Жарко искрился, подёрнут пеплом и золой.

Чернотою раскалённой пламенел сандал,

Как тюльпаны в косах гурий, кровенел сандал.

Тюркомно румийской кровияркий был огонь,

Чтил народ наш от Зардушта и любил огонь.

Пламя жизнисвет Юнуса, купина Мусы.

Сад чудесный Ибрагима, пиршество Исы …

 

Сандаловый пламенеющий, кровенеющий цвет огня, цвет иранских тюльпанов – это и сандаловый цвет дворца румийской невесты Бахрам-Гура, соответствующий четвергу, дню планеты Муштари – Юпитера…

Всё это наводит на мысль о единой традиции в рамках единого временнóго пласта. Между прочим, и у Платона "красным" назывался Марс, а Юпитер был "сияющим" или "раскалённым до белизны". В отличие от этого, Красная звезда Мардука в древневавилонской астрономии понимается как Юпитер. … "Красная звезда, которая, когда исчезают ночные звёзды, делит небеса пополам и стоит там, откуда приходит южный ветер, эта звезда есть бог Нибиру-Мардук". При расшифровке гороскопа очень важно правильно его прочесть. Так что же означает надпись "Пироэйс-Херакле" над Коммагенским львом – "Красный Марс" или "Огненный Юпитер"? Однозначного ответа найти не удалось, но зато при поисках обоснования этого названия в произведениях восточных поэтов удалось обнаружить там немало гороскопов, которые захотелось расшифровать! Например, гороскоп Александра Македонского приводится в поэме Низами "Искандер-наме".

Но сначала – гороскопы Омара Хайяма и Ибн Сины.

 

Гороскопы Омара Хайяма и Ибн Сины

 

Традиционно считается, что восточные поэты Омар Хайям (1048-1131) и Ибн Сина (980-1037) были великими учёными, намного опередившими Европу.

Омар Хайям предсказал срок своей жизни в 104 года и составил свой гороскоп: "Его счастьем были Близнецы: Солнце и Меркурий находились в степени восхождения в третьем градусе Близнецов, Меркурий был в перигелии, и Юпитер, смотря на них обоих, был в утроении" [16, 17]. Известный исследователь творчества Хайяма, индийский учёный Свами Говинда Тиртха вычислил по сочетанию светил гороскопа, что Хайям родился 18 мая 1048 года. Так теперь и считают, хотя указанное сочетание светил может происходить в любом веке и неоднократно.

Легенды говорят о мудрости и прозорливости Хайяма, граничащей с ясновидением. Он предсказывал погоду, солнечные и лунные затмения; он создал совершенный календарь и открыл бином Ньютона задолго до Ньютона. "Имам Хорасана; Учёнейший муж века; Доказательство Истины; Знаток греческой науки; Царь философов Востока и Запада", – таков далеко не полный перечень почётных титулов Омара Хайяма в зените его славы.

Во времена Хайяма утвердилась огромная империя Великих сельджуков от границ Китая до Средиземного моря, от Индии до Византии. Столицей государства был Исфаган. В нём Омар Хайям и прожил восемнадцать лет, имея поручение построить крупнейшую в мире обсерваторию. В результате его многолетних наблюдений за звёздным небом он смог провести реформу календаря за пятьсот лет до реформы папы Григория XIII, положив в основу календаря тридцатитрёхлетний цикл, включавший восемь високосных годов, которые следовали семь раз через четыре года и один раз через пять лет.

Современники, да и потомки знали его в первую очередь как серьёзного учёного: математика, астронома и богослова. Славу поэта Хайям приобрел сначала на Западе, притом он стал там известен совсем недавно, в 1859 году, после перевода его стихов на английский язык. Уже оттуда его стихи вернулись на Восток.

Четверостишия Хайяма полны глубоких философских раздумий. Он скорбит над неустроенностью человеческих судеб и воспевает возлюбленную, ради которой отрекается от рая. Он прославляет пир, но это пир высоких мыслей и благородных чувств — пир Платона. Чаша вина — это волшебная чаша Джамшида, чаша человеческого разума, объемлющего весь мир. Сборище пьяных гуляк оказывается кругом избранных мудрецов. Вся поэзия Хайяма проникнута верой в бессмертный творческий разум человека.

Известно, что Исфаган вновь стал столицей Ирана при шахе Аббасе на рубеже XVI-XVII веков. В эти годы построены его чудесные дворцы, мечети, мосты. Но основателем Исфагана считается сам Александр Македонский!

В книге Ал-Бакуви "Сокращение книги о "памятниках" и чудесах царя могучего" [18] записано: "…Древний город (в Исфагане) именуют Джай. Говорят, он был заложен ал-Искандаром. Большой город, то есть центр Исфагана, был заселён Нассаром (Навуходоносором), который отобрал [среди] взятых в плен умельцев и ремесленников. И когда те прибыли в Исфаган, то нашли, что его вода, воздух и почва … очень хороши… и тогда избрали они его для своего местопребывания. Они остались там и заселили его". То есть, здесь написано, что Александр Македонский древнее Навуходоносора! Он заложил город, в который позже Навуходоносор привёл ремесленников. Это любопытно: Ал-Бакуви составил свою книгу два века спустя после того, как величайший мудрец Востока Бируни написал, что …"Александр, сын Филиппа – ионянин, … объединив царство румов, пошёл против Дария, сына Дария, чтобы отомстить за то, что натворили Бухтунассар (Навуходоносор) и вавилоняне, действуя в Сирии". То есть при Бируни Александр и Навуходоносор рассматривались как близкие современники.

У комментаторов Низами есть ссылка на то, что по восточным преданиям город Тбилиси тоже был основан Александром Македонским… И Самарканд, согласно Низами, тоже заложил Искандер – Александр Македонский…

За два поколения перед Омаром Хайямом в Исфагане жил Ибн Сина (Авиценна), философ и врач – "учитель мудрецов", которого и Омар Хайям считал своим учителем. В Исфагане Ибн Сина занимался астрономией. Он сам строил астрономические приборы и проводил измерения. 24 мая 1032 года он впервые наблюдал и описал редкое астрономическое явление: прохождение Венеры по диску Солнца [19]. Видимо, эту исфаганскую обсерваторию позднее перестраивал Омар Хайям.

Ибн Сина оставил огромное количество работ – более двухсот названий, по философии, литературоведению, музыке, астрономии и математике… Наиболее известен он тем, что объединил и систематизировал знания греческой, римской, индийской и персидской медицины в "Каноне врачебной науки", который был основой обучения врачей и на Востоке и в Европе вплоть до XVII века (более пятисот лет!).

В книге Ал-Бакуви [18] приводится гороскоп Ибн Сины:

"Я родился в Афшане, и моим гороскопом было [созвездие] ас-Саратан, в котором находились ал-Муштари и ал-Зухра, Луна и Утарид находились в [созвездии] ас-Сунбула (Созвездие Девы), ал-Маррих — в [созвездии] ал-Акраб (Созвездие Скорпиона), Солнцев [созвездии] ал-Асад, ал-Муштарив [созвездии] ас-Саратан в самом высоком градусе, а аш-Шира (Сириус) был вершиной на градусе восхода, и все звёзды были в местах, предвещающих счастье".

Имеется решение этого гороскопа, найденное А. Рыжовым: дата, зашифрованная в гороскопе, почти на век позднее традиционной даты рождения Ибн Сины… А между тем, в традиционной истории Ибн Сина и Бируни, современники Фирдоуси, а также Омар Хайям, живший век спустя после них, не ссылаются на его стихотворную эпопею "Шах-наме", в которой отражены судьбы более пятидесяти властителей Ирана. Как видим, расшифровка гороскопов может ответить на эту загадку, по иному разместив всех этих деятелей по временнóй шкале.

 

Герой "Шах-наме" богатырь Рустам

 

Кроме Сасанидских придворных хроник, источником для "Шах-наме" Фирдоуси были мифы, сказания и устные народные предания. Рядом с царями и шахами в поэме действуют легендарные богатыри, главный из которых – Рустам, и в народе её часто называют "Книга о Рустаме".

Предки Рустама пришли служить иранским шахам, и пришли они с севера. И в связи с этим было бы интересно поискать скифские корни иранских богатырей. Имеется версия, что само слово "шах" произошло от слова "сак", а саки – это среднеазиатские скифы. Родоначальника парфянской династии Аршакидов зовут Арсак…

В русской истории известны походы древнерусских князей на Константинополь, то есть на Рум. По Никоновской летописи известна история "О князи РУСТЕМЪ ОСКОЛДЕ". [20, стр. 43-46]. Вместе с русами "римляньскую землю начиша пленовати иже и Кумани…". В.Н. Татищев писал, что, вероятно, другое имя Оскольда было Русь, и от этого имени константинопольские греки стали именовать русских – русскими, а прежнее имя русских "скифы" было забыто. Возможно, что и имя иранского богатыря Рустама означает "русский"?! И этим же именем называется "Никше-Рустем", скала Рустама, неподалёку от Персеполя, в которой в величественных гробницах в форме тридцатиметровых равносторонних крестов захоронены древнеиранские цари Ахемениды…

 

Памятник богатырю Рустаму. Иран.

От московского Георгия отличается отсутствием копья,

которым пригвождается к земле изрубленный Змей.

Никше-Рустам. Иран. Недалеко от Персеполя.

Скала Рустама с гробницами иранских царей

из династии Ахеменидов в форме крестов.

 

О связях Древней Руси и Ирана имеется отдельная подборка, а здесь хочется отметить, что Низами знал о войнах иранцев с русскими. Ему было известно о нападении руссов, хазар и аланов на Барду, древнейшую азербайджанскую столицу. Из грузинских летописей известно, что в 1174-1175 годах под стенами Баку с русскими сражались три известнейших владыки Востока – визан­тийский император Андроник Комнин, грузинский царь Георгий III и ширваншах Ахситан. Иранским поэтом Хакани эти средневековые победы над руссами признавались более значительными, чем подвиги Александра Македонского, по легенде, некогда одолевшего в этих местах Гога и Магога. При этом он именовал высоким иранским эпитетом – "отважными симургами" – русских…

 

Железные кони Александра Македонского

 

Читая Фирдоуси и других восточных поэтов, нужно понимать, что в восточной системе взглядов на историю герои выражают не время и место действия, а само действие, его причины и следствия. Может быть, поэтому в Средние века, заимствуя восточную науку, европейцы обошлись без восточной литературы, так же как ранее Восток, заимствуя античную науку, обошёлся без античной поэзии. То, что сейчас именуется эллинизацией Азии под влиянием походов Александра Македонского, происходило и до, и после него, в процессе культурного обмена Ирана с Византией. По традиционной истории величественные барельефы Персеполя и Бисутуна существовали ещё до создания афинского Акрополя и задолго до походов Александра. Ровесниками Персеполя были дворцы Согдианы и Бактрии. В их развалинах найдены формы скульптур, идентичные персепольским, относимым к VI и V векам до н.э. Но в поэзии Востока Бисутун – это гранитная скала, прорубленная киркой Фархада, ровесника Хосрова Парвиза Сасанида, который правил в VI веке н.э., то есть спустя тысячу лет после походов Александра Македонского.

Также тысячу лет спустя по пути Александра Македонского, преследовавшего Дария, по его дороге прошли арабы, преследуя последнего Сасанидского царя Йездигерда. Отчаянное сопротивление оказал арабам Истахр (Персеполь), древняя столица Сасанидов, а ещё ранее столица Ахеменидов. В конце концов, Йездигерд оказался в Хорасане. Местный правитель, чтобы избавиться от него, натравил на него турецкого князя. Йездигерд пал от рук подосланных убийц в пригородной мельнице. Этот эпизод подробно описан у Фирдоуси. На этом, собственно, и кончается "Шах-наме":

 

…И век настал великого Омара

И стих Корана зазвучал с минбара…

 

Здесь интересно, что Сасанидская столица Истахр скорее всего и есть Ахеменидский Персеполь, видимо, в Средние века ещё не разрушенный. Фирдоуси неоднократно упоминает Сасанидский Истахр, но ни разу не пишет при этом о каких-то развалинах, оставшихся там от войны с Александром Македонским…

В войне с персами арабы научились бороться с персидскими слонами с помощью верблюдов, покрытых развевающимися кусками материи. А ранее сам Александр Македонский, если верить Фирдоуси, воевал со слонами индийского царя с помощью "танков" (!) – самоходных железных машин с горящей нефтью внутри [2].

 

… Слоны у врага, мол, такие, что рать

Любую под силу ему растоптать.

Как двинутся, всё сокрушая в пути,

Опасности коннице не отвести.

До неба ведь хоботы вознесены,

Сказал бы, с Кейваном высоким дружны!

Велит он умельцам своим приступить

К работеслона воскового слепить,

Потом мудрецов вопрошает своих:

Кто средство найдёт против чудищ таких?

Владевшие знаньем держали совет,

Ответа искали, и найден ответ.

Скликает владыка из разных концов

Искуснейших в деле своём кузнецов.

Из Мисра и Парса и градов других

Сошлись тридцать сотен, не менее, их.

Конь выкован ими в назначенный срок

Седло из железа, железный седок.

Гвоздями и медью все щели зашив

И чёрною нефтью коня начинив,

Его изнутри вслед за тем подожгли,

Потом в колеснице к царю подвезли.

"Разумный добро из сего извлечёт", -

Взглянув, венценосный подумал, и вот

Велит десять тысяч таких скакунов

Ещё смастерить, и таких седоков…

 

… Дружину повёл Искандер за собой,

Фур издали видит несущийся строй.

Нефть разом в железных конях подожгли

Румийцы, и хинды в смятенье пришли.

Не всадники на скакунах боевых

Железо горящее мчится на них.

Напрасно воители Хинда кричат,

Шипами слонов боевых горячат

Уж хоботы длинные опалены,

Огромные пятятся в страхе слоны,

И всадники дрогнули. Вот уже вспять

Кидается в ужасе хиндская рать.

 

Традиционной истории тоже известны слоны, внутри которых горела нефть, но не железные, а ледяные – это было в Петербурге, в "ледяном доме" царицы Анны Иоановны. Ледяной слон выпускал из хобота струю огня [46]…

Если у Фирдоуси Александр Македонский с помощью своих мудрецов изобретает и создаёт десять тысяч самоходных "железных коней" для борьбы со слонами, то у Навои в войске Александра Македонского появляются пушки и бомбы.

Всё те же мудрецы: Арасту, Афлатун, Сократ, Аршамидус (Архимед), Кылинмун (Филемон, правитель Спарты), Волис (Фалес Милетский), Балинас, Хурмус (Гермес Трисмегист), Фарфурнус (Порфирий Тирский), Шаминос (Самсон Логофет) изобретают шары с фитилями, которыми стреляют из пушки, и которые взрываются после попадания в цель.

 

… Расположенье звёзд учли сперва,

взаимосвязь планет и естества

Горн раскалили силой поддувал

И в нём с металлом сплавили металл

Ртуть, бронзу, олово. И, наконец,

Отлили тверди звёздной образец

От четырёх стихий по части взяв

Огонь и воду с глиною смешав,

Невиданное миру вещество

Сварили и вложили в шар его

А в два отверстья шара фитили

Заправили из нити конопли

Стал этот шар драконьей головой

Не головойстрелою громовой!

Коль фитили зажечь, а шар метнуть

За арку врат, за каменную круть

Едва о камни грохнется снаряд

Возникнет гром и смертоносный град

Осколков шарабудет дым, огонь,

И вихрь, и ужасающая вонь

Взорвавшегося в шаре вещества

И сокрушится сила волшебства…

 

Эта бомба выстреливалась из медной пушки с помощью вещества Чина, видимо, пороха. Сама пушка передвигалась на колесах. Настоящая артиллерия, не то, что какой-то там греческий огонь! Очень похоже на шрапнель, за три века до изобретения Шрапнеля.

Кстати, сами греки называли греческий огонь мидийским, то есть иранским.

Лев Диакон ("История", книга девятая) описывая войну Сфендослава (князя Святослава) с ромеями, называет русских тавроскифами и пишет, что они очень боялись ромейских огненосных кораблей и применяемого ими "мидийского огня", … "который мог даже камни обращать в пепел"… [44, стр. 205]. Хотя утверждается также, что греческий огонь был известен скифам издревле, раньше, чем грекам [45, стр. 129].

 

Гороскопы Низами

Знатоку античной литературы Карлейлю принадлежит высказывание: "Во всей Илиаде Гомера нет ни одного слова, которое мы понимали бы сейчас точно так же, как понимал его сам Гомер"… Парадокс Карлейля применим не только к античной литературе; то же самое можно было бы сказать по отношению к пророкам и основоположникам мировых религий. Согласимся, что по отношению к поэтам Востока можно быть менее скептичными, но парадокс Карлейля и в этом случае нужно держать в уме.

При чтении Низами не оставляет ощущение почти безграничной свободы в его поэзии, несмотря на средневековую духовную цензуру и на то, что все элементы поэзии Низами входят в систему поэтических образов, созданную его предшественниками: Рудаки, Хакани, Сенаи, Фирдоуси…

Сюжеты поэм Низами взяты из старинных легенд и преданий, но они не повторяют, а дополняют и Фирдоуси ("Хосров и Ширин"), и арабские сказания ("Лейли и Меджнун"). Поэма об Александре Македонском – Искандере основана на "Шах-наме" – которую, в отличие от Бируни и Ибн Сины Низами хорошо знал – и на Коране. Также он использует сведения из античных философов и азербайджанских хроник.

Влияние Низами на восточную поэтическую культуру огромно: существуют десятки "Поэтических ответов" ("Назира"), в которых последователи Низами развивают его мысли и образы. Не меньшее влияние восточная поэзия оказывала на европейскую [3]. Так, дантовский ад очень похожий на ад, описанный Сенаи, предшественником Низами. Другой пример: зависимость всей системы кругов ада в поэме Данте от творчества младшего современника Низами арабского суфия Ибн эль-Араби доказал испанский учёный М. Асин-Паласиос.

Полагают, что с Востока пришли сюжеты европейских эллинистических романов ("Геро и Леандр", "Дафнис и Хлоя"). В XX веке Ф. Хитти доказал, что лирика ранних трубадуров почти дословно повторяет восточную средневековую лирику. Также и культ "Прекрасной дамы", и культ Девы Марии в Европе сложились после крестовых походов под влиянием Востока. Ибн эль-Араби, живший в Испании в XIII веке, "видел бога в прекрасной женщине"… Отсюда лишь шаг до "любовной философии" флорентийских неоплатоников и прежде всего М. Фичино. Очевидна связь "Принцессы Турандот" Шиллера с "Семью красавицами" Низами, причём у Низами коварная принцесса живёт "во славянской стороне", а отец её – падишах. Рассказывающая эту сказку невеста иранского царя Бахрам-Гура также происходит из саклабов, а саклабы – это арабское название славян.

Гёте использовал притчи Низами в своём "Западно-Восточном Диване". Следы этих притч можно встретить у Чосера и у Бокаччо, хотя из этого не следует, что они прямо заимствовали восточные образы у Низами. Поэтические ответы на поэмы Низами продолжаются до нашего времени! Так, в "Легенде о любви" Назыма Хикмета развивается сюжет поэмы "Хосров и Ширин"… Не исключено, что и маски средневекового итальянского театра (Пьеро, Арлекин, Коломбина) возникли как следствие образов восточной поэзии, в которой роль масок, характеры которых определены традицией, выполняют герои поэм Фирдоуси и Низами. Одна из таких масок – Искандер, Александр Македонский.

Искандер у Фирдоуси, Низами, Джами, Навои – не только завоеватель мира, но и мудрый, справедливый правитель, наделённый пророческим даром. В поэзии Низами есть обращения к Платону, к Каллисфену – псевдо-Каллисфену, к легендам о Ричарде Третьем, который был современником Низами. Псевдо-Каллисфен, как и Низами, описывает встречу Александра Македонского с царицей амазонок и его беседы с брахманами-отшельниками об идеальном государстве, где нет власти золота. Английская баллада времён крестовых походов о Ричарде Львиное сердце, поедающем своих врагов с целью устрашения сарацинов, приведена в романе Вальтера Скотта "Талисман". Аналогичной хитростью пользуется Александр Македонский, воюющий где-то в Африке, против чернокожих зинджей. Отличие в том, что у Низами Искандер только имитирует каннибализм. Его враги устрашены, но отнюдь не сдаются, и Искандер лично побеждает лучших бойцов среди них, а затем, захватив казну, посылает богатые подарки царю Дарию, которому он тогда ещё платил дань.

Низами возводит родословную македонских царей к Исааку сыну Иакова.

Если у Фирдоуси Искандер – кровный родственник персидскому царю Дарию, то у Низами подчёркивается, что "Искандера отец – Рума праведный царь Филикус (Филипп)":

 

Это был всеми славимый царь Филикус.

Услужал ему Рум и покорствовал Рус.

Ионийских земель неустанный хранитель,

В Македонии жил этот славный властитель.

Он был правнук Исхака, который рождён

Был Якубом. Края завоёвывал он.

Во дворце Филикуса, на царственном пире,

Появилась невеста, всех сладостней в мире

В час родин царь велел, чтоб созвал звездочёт

Звездочётов,узнать, как судьба потечёт

 

Этот гороскоп Искандера в переводе К. Липскерова звучит так:

 

В высшей точке горело созвездие Льва,

На предельный свой блеск обретая права.

Многозвёздный Овен, вечно мчащийся к знанью,

Запылав, устремился от знанья к деянью,

Близнецы и Меркурий сошлись, и, ясна

Близ Тельца и Венеры катилась луна.

Плыл Юпитер к Стрельцу. Высь была небезбурна.

Колебало Весы приближенье Сатурна.

Но воинственный Марс шёл и шёл на подъём

И вступил в свой шестой, полный славою, дом…..

Звёздный ход был разгадан по древним примерам, —

И пришедшего в мир царь назвал Искандером.

 

Попытки просчитать восточные гороскопы дают неоднозначные результаты. И виной тому, видимо, не только поэтические вольности и неточности переводчиков. Однозначно то, что описания гороскопов, в том числе гороскопа Александра, не совпадают с датами жизни исторических персонажей, определённых для них традиционной историей.

Очевидно, что в традиционной истории мы тоже имеем дело с масками, обозначенными в европейских источниках и раскрашенными до мельчайших подробностей за два века существования традиционной исторической науки. Характерно, что уже в Новое время, в XVII-XVIII веках на гравюрах во французских рыцарских романах и на русских лубках Александр Македонский предстаёт в напудренном парике, "рыцарем без страха и упрёка"… А в советских учебниках он был "политиком рабовладельческой эпохи".

 

Александр Македонский. Русский ксилограф первой половины XVIII века [37].

Бронзовый водолей в виде Аристотеля из Кампаспы. Конец XIV века. Эрмитаж [36].

 

Об астрологических традициях Востока, существовавших задолго до Александра Македонского, много говорится в традиционной истории. Известны астрологические предсказания пророка Заратустры. Самый древний клинописный гороскоп из храмовых архивов Вавилона датируется 409 годом до н.э. [22]. В Вавилонских гороскопах, содержащих дату рождения человека, описывались положение Солнца, Луны и планет в знаках Зодиака.

В поэме "Семь красавиц" Низами звёзды и планеты тоже играют важную роль. Сасанидский шах Бахрам-Гур, оказывается, неплохо в них разбирается:

 

К знанью был Бахрама разум с детства устремлён.

Как достойно сыну шаха, был он обучён.

Изучал Бахрам арабский, греческий язык.

Старый маг его наставил тайне древних книг.

Сам Мунзир, многоучёный и разумный шах,

Объяснял ему созвездий тайны в небесах.

Ход двенадцати созвездий и семи светил

Ученик его прилежный вскоре изучил.

Геометрию постиг он, вычислял, чертил.

Алмагест и сотни прочих таинств изучил.

Он, ночами наблюдая звёздный небосвод,

Стал читать светил движенье и обратный ход.

 

Небосвод у Низами — семикрасочный шатёр. Каждая небесная сфера и каждая планета имеют свой цвет. В переводах В. Державина планеты в гороскопах шаха Бахрам-Гура ("Семь красавиц") названы их восточными именами: Зухра, Муштари, Маррих, и это придаёт им некоторую загадочность.

В поэме Низами приводятся два гороскопа шаха Бахрам-Гура: на его рождение и на время его восшествия на трон. Так как гороскопов два, и они относятся к одному времени, было очень любопытно их расшифровать.

В гороскопе на рождение Бахрам-Гура говорится:

 

Пламенел тогда в созвездье Рыбы Муштари,

А Зухра горела справа, под лучом зари.

Поднялась в ту ночь к Плеядам месяца глава,

Апогей звезды Бахрама был в созвездье Льва.

Утарид блеснул под утро в знаке Близнецов,

А Кейван от Водолея отогнал врагов.

Встал Денеб против Кейвана, отгоняя тень,

Мирно в знак Овна входило Солнце в этот день.

Так сошёлся в гороскопе вещий круг светил.

Муштари в созвездье Рыбы счастье возвестил.

Со счастливым гороскопом, что описан вам,

При благоприятных звёздах родился Бахрам.

 

Здесь Муштари – Юпитер, Зухра – Венера, звезда Бахрама – Марс, Утарид – Меркурий, Кейван – Сатурн.

В гороскопе на время восхождения Бахрам-Гура на престол говорится:

 

Гороскоп, что о рожденье шаха возвестил,

Исполнялся благосклонной волею светил.

И по звёздам, хоть не видя шаха самого,

Звездочёты наблюдали путь судьбы его.

Видели, что трон Бахрама был в созвездье Льва,

Совершались предсказанья давнего слова.

В сочетанье с Утаридом, солнце в апогей

Поднималосьобещаньем долгих, славных дней.

В знак Овна Зухра входила, Муштари вставал

Со Стрельцом. И дом Бахрама раем расцветал.

Месяц был в десятом знаке, а Бахрам в шестом

Знаке неба. С чашеймесяц, а Бахрамс мечом.

А рука Кейвана стала чашею весов,

Чашею сокровищ мира и его даров.

С добрым предзнаменованьем, счастьем одарён,

Добронравный шах Ирана поднялся на трон.

 

Комментаторы Низами уверенно относят его поэму о Бахрам-Гуре к царю Бахраму, или Варахрану V (421-439). Это значит, что спустя шестьсот лет после него Низами где-то прочитал или рассчитал его гороскопы, совершенно непонятно зачем и как. А. Рыжов, используя программу HOROS, нашёл решения гороскопов, и все они однозначно находятся не в V веке н.э. С натяжками подходят времена Бахрама IV (правил в 388-399 годах, по гороскопу выходят 374 или 394 годы) и современника Омара Хайяма Мелик-Шаха I из династии Сельджукидов (правил в 1072-1092 годах, гороскоп рождения – 1037 или 1050 годы, гороскоп восшествия на престол 1071 год). Однако расчёты А. Рыжова дают ещё одно — идеальное решение гороскопов: 1832-1865 годы, но здесь следует признать, что может иметь место тот же случай, что и с фивскими гороскопами Бругша…

Бахрам-Гур считается счастливым царём. Когда настала четырёхлетняя засуха, он раздал людям своё зерно, потом закупал зерно в чужих владениях и снова раздавал его людям. Он вымолил у бога Йездана прекращение голода, и настало благоденствие. "От Исфагана до Рея (Тегерана) были построены дома".

 

Счастливо на трон Ирана шах Бахрам взошёл,

Совершенством и величьем озарил престол,

На семи златых подножьях трон его стоял,

Поясом с семью значками стан он повязал

Он добром с пределов Рума подати взимал,

Благом он с хакана Чина обложенье брал

Меж Тельцом и Близнецами та была пора

Рядом шла с Альдебараном по небу Зухра

Разве скорбь приличествует людям той порой,

Как Телец владычествует на небе с Зухрой…

 

Ранее упоминался гороскоп на рождение Искандера – Александра Македонского из поэмы Низами "Искандер-наме". Результат его расшифровки тоже не соответствует принятой хронологии. Возможно, в восточной поэзии использовались не звёздные, а знаковые астрологические гороскопы. Однако в "Шах-наме" у Фирдоуси при рождении богатыря Рустама мудрецы используют для составления его гороскопа "румийские таблицы", – это ни что иное, как звёздный каталог Птолемея [1]. То, что у Низами легендарный Фархад, современник царя Хосрова-Парвиза, знает "Меджисте" ("Альмагест"), не противоречит традиционной хронологии. Однако легендарный иранский богатырь Рустам, при рождении которого (у Фирдоуси) появляются таблицы Птолемея, родился за несколько веков до античного Птолемея!

Результаты расшифровки гороскопов Низами заслуживают более углубленного исследования восточных гороскопов по первоисточникам, так как в процессе перевода на русский язык возможны не только поэтические вольности.

Гороскопы в стихах восточных поэтов написаны не на камне, а на бумаге, поэтому они могут быть подвержены уточнению и корректировке в процессе развития исторической традиции. Однако восточных поэтических гороскопов довольно много и велика вероятность, что не каждый из их успели уточнить или откорректировать.

 

Почему царь царей – осёл?!

 

Один из эпизодов поэмы Низами "Семь красавиц" про Бахрам-Гура связан с охотой шаха вместе с любимой наложницей, певицей Фитне. (У Фирдоуси её зовут Азаде, у Навои – Диларам). На охоте шах хвастается своей искусной стрельбой из лука, а она неосторожной шуткой вызывает его царственный гнев. Поэтому Бахрам-Гур в гневе затаптывает свою любимицу конем. Но это у Фирдоуси, а у Низами он приказывает убить красавицу своему подчинённому, однако тот увозит рабыню в свою деревню и прячет её там. В деревне молодая девушка занимается тем, что каждый день носит на своих плечах телёнка, который быстро вырастает в молодого бычка. Бахрам-Гур скоро раскаивается в своей жестокости и горько плачет. Через какое-то время он попадает в эту деревню, ему рассказывают про девушку, которая носит на плечах бычка. Он узнаёт свою любимицу и женится на ней. Налицо хеппи-энд, которого нет у Фирдоуси. Зато намёк на эту часть легенды, очевидно очень древнюю, есть у античного Петрония в его "Сатириконе": "Снесла телёнка, снесёт и быка" [23]…

У Низами на этом одна часть поэмы кончается и начинается новая часть о том, как Бахрам-Гур женился на семи красавицах, дочерях правителей подвластных ему стран, среди которых и славянская царевна – "дева-яблоня, сладостная как мёд" – олицетворяющая красный вторник Бахрам-Гура. Дева-яблоня — алма. Это слово в Евангелиях, кстати, относится к Деве Марии. А ещё славянская царевна "цветом сходна с пламенем, как вода нежна".

Этот период жизни Бахрам-Гура – сказочная феерия, полная неги и счастья.

У Навои женитьба Бахрам-Гура на семи красавицах показана как последнее средство, чтобы не думать о погубленной им на охоте рабыне, которую он не может и не хочет забыть. Он, конечно, любит своих красавиц, но подлинное счастье он обретает только тогда, когда случайно узнаёт, что его любимая Диларам всё же жива…

И ещё одно наблюдение: об имени Бахрам-Гура.

У Низами его прозвание исходит из искусства шаха в стрельбе из лука. В молодости Бахрам жил среди арабов. Однажды во время охоты он увидел льва, напавшего на онагра – дикого осла, и искусно пронзил их обоих одной стрелой. Поэтому арабы, поражённые его умением, дали ему прозвание Бахрам-Гур (Бахрам-онагр). В конце поэмы уже старый Бахрам-Гур встречает на охоте красивого онагра, который указывает ему путь в пещеру. Вступив в эту пещеру, Бахрам-Гур исчезает, а вход в пещеру обваливается. Ни соратники, ни старая мать не могут найти Бахрам-Гура. Низами обыгрывает здесь название животного, которое по-персидски звучит "могила" [3, стр. 840].

Прозвание великого шаха Бахрам-Гура ослом выглядит несколько странно. Было бы понятнее, если бы его прозвали по имени льва, которого он подстрелил вместе с онагром.

При слове Гур вспоминаются гурии. Так звали прекрасных дев, ублажающих правоверных в раю. Возможно, слово Гур обозначало прилагательное "прекрасный", и в отношении счастливого шаха такой эпитет был бы более чем уместен. Фирдоуси пишет в "Шах-наме", что во времена Сасанидского шаха Ардашира Бабакана в Парсе был основан прекрасный город, который так и назывался – Гур, как и страна вокруг него. То есть, Бахрам мог быть назван арабами Гуром по имени персидского города Гура так же, как греки называли Александра Македонским, по месту рождения. Сегодня от сасанидского Гура остались лишь величественные руины дворца в Фирузобаде, к югу от Шираза.

В поэме "Хосров и Ширин" у Хосрова есть раб из Гура [3, стр. 126]:

 

… а гурский нежный раб, всем услаждавший взгляд,

через ограду крал зелёный виноград

 

Иногда комментаторы относят страну Гур к центральным областям современного Афганистана. Якобы в XI-XII веках гурские султаны покорили Газну, Пенджаб, Дели, Бенарес на востоке, Тохаристан на севере, Хорасан на западе. Страна Гур была хранилищем древнеиранской доблести и традиций. Ислам там приняли только в середине XI века. В XIII веке гурский властитель примкнул к Чингисхану, усилился и захватил Герат, а уничтожил гурскую династию Тимур [24, стр. 292]. Может быть, отголосок страны Гур звучит в имени шаха Бахрам-Гура… Удивительно, однако, что Фирдоуси и Низами обошлись без возвышенных эпитетов, соединив имя шаха – Бахрам – именно с ослом.

 

"Искандер-наме" Низами

 

Первая часть поэмы Низами "Искандер-наме" посвящена военному походу Искандера, в котором он завоёвывает весь мир от Атлантики до Тихого океана. В Египте его возвели в божественный сан. В Вавилоне его с радостью встречали обнаженные красавицы.

 

Вавилонское грехопадение Александра Македонского – Искандера. [26, Стр. 40].

Александр (слева) в египетском одеянии приносит присягу богу Мину. Рельеф в Луксоре. [26, Стр. 51].

 

 

Наиболее ёмко об этом походе рассказывает спустя двести лет Алишер Навои в своей поэме "Стена Искандера" [4]. Вторая часть поэм Низами и Навои посвящена странствованию Искандера по свету в поисках мудрости и счастья. Низами пишет о четырёх его походах за счастьем по четырём сторонам света, во главе сотни тысяч отборных бойцов. После сооружения в египетской Александрии маяка с зеркалом, которое должно предупреждать о приближении врагов, Искандер приходит в Иерусалим и освобождает его жителей от засилья несправедливого правителя. Он путешествует по морям, ищет истоки Нила, собирает алмазы в горных ущельях с помощью хищных грифов, обращает хакана Чина (Китая) в истинную веру. Из Чина он направляется в Хирхиз [3, стр. 765]. Но это не Киргизия. Считается, что во времена Низами так назывался Южный Урал. Так что не в Индии и не в Китае находит он город мира и счастья: Низами помещает его на севере от Ирана.

А также в северных пределах мира Искандером построен вал, ограждающий людей от народа Яджудж.

В далёком походе вещий голос говорит Искандеру, что его жизненный путь завершается и ему нужно возвращаться в Рум. Искандер заболевает. Он вызывает Аристотеля и врачей, но они бессильны помочь ему. В своём завещании Искандер вспоминает о своей жизни:

 

Яваш царь Искандер, мог я джиннов карать,

Свой вознёсший престол, ведший грозную рать…

Был в Каннаудже мой меч. Знал он множество стран:

Ввёл войска я в Кульзум, ввёл войска в Кайруван.

Обезглавил я мощного Фура, и пал

Предо мною в Китае могучий Джайнал.

От Насика к Мансаку я вёл свою силу,

Отомстил я Кабилу, а также Хабилу.

Погасил я огонь тёмных магов. В огонь

Вверг я много врагов, всюду рыскал мой конь.

Как Джамшида престол, трон мой всем был отрада.

Я ограду раскрыл Феридунова клада.

Я узрел всё потайное племени Ад

Я проник в дивный сад, где простёрся Шеддад.

Причинил Серандибу немало я срама.

Попирал я стопою вершину Адама.

Был я словно Рустам, меч Рустама нашёл.

Кей-Хосрова я чашу сыскал и престол.

Я на запад посланца направил с востока.

Вал Яджуджский! — Конца ему нету и срока.

Был я в месте священном, как древле Адам,

И к Каабы кольцу я притронулся там….

Много книг я прочёл, все я ведал науки,

Но бессильны они в час последней разлуки.

Тридцать шесть! Если б лет я три тысячи ведал

Я бы то же сказал: сердце миру я предал.

 

Он призывает к себе своих мудрецов: Аристотеля, Булинаса, Платона, Валиса, Сократа, Хермиса, Фарфория. Кто такие Аристотель, Платон, Сократ понятно. Валис – это Фалис, Хермис – это египетский Гермес Трисмегист, Булинас Румийский – Аполлоний Тианский. По мнению историков, все они если и существовали, то совсем в другие времена.

Кайруван в традиционной истории – это четвёртый после Мекки, Медины и Иерусалима священный город ислама. Он был основан арабами в 671 году. Qayrawan, по-арабски "лагерь", служил базой для арабских войск в Тунисе во время войны с берберами. Старинные арабские хроники сообщают, что ранее это была пустынная местность вдалеке от торговых маршрутов. Своему возвышению город обязан священному источнику, который возник в пустыне после того, как арабский полководец ударил по земле своим посохом. Вскоре Кайруван стал столицей Ифрикии, так арабы назвали завоёванную ими Северную Африку [25, стр. 164]. И вот оказывается, что Александр Македонский "ввёл войска в Кайруван".

Кульзумское море – это Красное море, Кульзум – город в Египте недалеко от горы Синай, Каннаудж город в Индии, Кайруван город в северо-западной Африке. Фур – индийский царь Пор. Джайнал – титул восточных правителей, обычно его относят не к Китаю, а к Индии. "От Насика к Мансаку" значит "от неправильной веры к правильной вере". Кабил и Хабил – это Каин и Авель. Искандер отомстил им обоим (?). По мысли комментаторов, так Низами показывает размах походов Александра Македонского. Шеддад – мифический тиран, решивший устроить на земле ад и рай. Подобие рая – это сад Ирем, "обладавший великими колоннами"… Серандиб – Цейлон, куда по мусульманской легенде был изгнан из рая Адам. Считается, что на цейлонской горе есть отпечаток ноги Адама. Но, оказывается, Адам жил и в районе Мекки, а Искандер там притронулся к кольцу Каабы (?!)…

Загадка на загадке.

И в конце жизни Искандеру, как видим, не тридцать два "традиционных" года, а тридцать шесть лет…

Ближайшим его сподвижником был Булинас Румийский, которого отождествляют с Аполлонием Тианским, аскетом, философом, математиком, путешествовавшим по всему Востоку и даже в Индию, где он обучился восточной мистике и магии. Его биографы приписывали ему способность творить чудеса, воскрешать мёртвых, предсказывать будущее и развеивать чары других магов, чем он и занимается в поэме Низами в эпизоде с прекрасной чародейкой Азар-Хумаюн. "Многие мыслители, вплоть до Вольтера, противопоставляли его Христу, современником которого он был" [3, комментарий А. Бертельса; 32, стр.11].

Но по современным представлениям между Александром и Христом триста лет!

 

Шахразур покидая, царя унесли

От врагов в даль египетской мирной земли.

…И покинув царя, от Египта границы

все ушли. Царь остался во мраке гробницы.

Нрав у мира таков: даже с мудрым царём

До конца он дойдёт и забудет о нём…

 

Шахразур – город на границе Ирана с Ираком. И это не Вавилон, где умирает Искандер в поэме Фирдоуси!

Наш мир не забыл об Александре Македонском, но мы забыли о Низами, у которого был другой Александр Македонский. Впрочем, современная культура считает сказкою всю поэзию Низами, в которой описываются деяния Искандера. Кстати, Навои тоже описывает смерть Искандара, но у него героя похоронили в золотом гробу в Египте, но не в пирамиде, а в городе Александрии – Искандерии…

А по традиционной истории Александр завещал похоронить себя в египетском оазисе Сива, где им были получены откровения, после которых он впервые назвал себя "божьим сыном" и приказал чеканить свои монеты с рогами Овена, как бог Аммон. Но его воля не была исполнена. Через два года после смерти тело Александра в золотом саркофаге перевозят сначала в Мемфис, а ещё через несколько лет в Александрию. Птолемей XI в 89 году до н.э. переплавил золотой саркофаг, а мумия Александра оказалась в стеклянном гробу. Что это за стекло в I веке, совершенно непонятно, Но к этому гробу совершали паломничества Юлий Цезарь и Август, ему поклонялись Калигула и Септимий Север.

В конце III века Александрия восстала против римского господства; многие исторические памятники были разрушены. Александрийский склеп с гробом Александра пропал под песком и не найден по сей день [26]. Тем не менее, в Сидоне существует саркофаг Александра Македонского! А ещё один его мраморный саркофаг "невероятной красоты находится сейчас в музее Стамбула, хотя кроме его великолепия, ни надпись, ни какое-либо другое свидетельство не подтверждают этого" [27, Глава IV].

Между тем Булинас – Аполлоний Тианский, вдруг появляется в древнерусской Никоновской летописи как мудрец-предсказатель при дворе "античного" императора Домициана в конце первого века н.э. Напомним: Домициан отправил Иоанна Богослова на остров Патмос, а Аполлония заточил в тюрьму. С Аполлонием древнерусская летопись сравнивает волхвов, предсказавших вещему Олегу "смерть от коня". Как появился античный Аполлоний в русской летописи, да ещё сразу же после рассказа о смерти Олега, – не простой вопрос. Сам император Домициан погиб при дворцовом перевороте, но предсказывал ли ему такую смерть Аполлоний Тианский – неизвестно. Зато известно, что в XII веке византийскому "царю славян" Андронику заранее предсказал смерть при дворцовом перевороте его придворный, имя которого было Иоанн Тиранин [20, стр. 46-48].

В поэмах Низами и Навои не уточняется, кому принадлежал вещий голос, предсказавший раннюю смерть Искандеру, но Булинас был в числе тех семи великих мудрецов, с которыми прощался умирающий Искандер – Александр Македонский…

Почти в каждой поэме Фирдоуси, Низами, а затем и Навои указаны даты окончания поэмы по мусульманскому календарю. Фирдоуси завершил свою "Шах-наме" на 400-м году от Хиджры. У Низами самая ранняя дата – 550 год по Хиджре, дана в поэме "Сокровищница тайн". Для "Семи красавиц" Низами указано:

 

Завершил я эту книгу в срок, когда идёт

По Хиджре без семилетья шестисотый год.

 

У Навои год написания поэмы "Смятение праведных" – 888 по Хиджре:

 

Пишу в благословенный восемьсот

восемьдесят восьмойпо хиджрегод…

О Навои! Вина теперь налей

И чашу благодарности испей

Эй, кравчий мой, хранитель чистых вин,

Не надо чаши! Дай мне весь кувшин…

 

А год окончания поэмы "Фархад и Ширин" того же Навои – "889, дни не в счёт", и в поэме "Семь планет" [18, Стр. 596] сказано:

 

"Да будут явны месяц, день и год

Сей книги завершенья: восемьсот

И восемьдесят девять, джумада

Вторая пятница… Конец труда!"

 

В комментарии: "889 год по мусульманскому календарю, джумада, приходятся на одну из пятниц с 26 июня по 24 июля 1484 года".

Эти средневековые даты соответствуют традиционной хронологии. Однако, хронология, относящаяся к героям поэм Фирдоуси, Низами и Навои, считается сказочной…

У Навои на тысячу и триста лет от царя Феридуна до Дария приходится всего четырнадцать владык Ирана [4, стр. 658]. Так и хочется воскликнуть: вот она, лишняя тысяча лет! Не только здравый смысл, но и само содержание поэм не позволяет предположить, что Навои мог соединить здесь "реальные" сроки царствования "исторических" царей с полутысячелетним правлением царя Феридуна.

Тем более, что в начале его поэмы "Стена Искандара" [4, стр. 599], по словам Навои, на четыре династии царей Ирана приходится четыре тысячи тридцать шесть лет и девять месяцев.

 

 

Алишер Навои и "Стена Искандара"

 

Кто был отцом Искандера?

У Фирдоуси Дарий и Александр Македонский – сводные братья. Есть и другие мнения. Предшественник Алишера Навои, Низами Гянджеви в поэме "Искандер-наме" вопреки Фирдоуси и другим классикам восточной поэзии утверждал, что отец Искандара не персидский царь и не безвестный странник, сына которого усыновил румийский кесарь, а сам румийский кесарь Фейлакус, то есть Филипп Македонский. Навои в своей поэме "Стена Искандара" [4], ставит точку в этом вопросе, ссылаясь на Низами и на своего современника Джами.

Надо, кстати, отметить, что обычно переводчики Низами называют Александра Искендером, а переводчики Навои – Искандаром. Поэтому поэма Навои называется "Стена Искандара". Однако чаще комментаторы употребляют имя Искандер; также поступим и мы.

В отличие от Фирдоуси, Низами и других поэтов Востока, десятилетиями создававших свои поэмы, Навои написал свою "Пятерицу" (25615 двустиший) всего за два года (1483-1485). Уже в 1557-м его "Семь планет" перевели на итальянский в Венеции, затем перевели на немецкий, французский и на латинский.

Поэмы Навои, переписанные при его жизни лучшими каллиграфами, хранятся в Ташкенте, в фонде Института востоковедения, и в Санкт-Петербурге, в Государственной публичной библиотеке имени Салтыкова-Щедрина.

В поэме "Стена Искандара" намечена хронология Ирана по восточной традиции:

 

Четыре царских рода власть несли

В пределах обитаемой земли

А длилось время их, как помнит свет,

Четыре тысячи и триста лет.

И тридцать шесть ещё последних лет

И десять месяцев ещё вослед …

Четыре царских рода было, он

После второй династии рождён…

 

Здесь у Навои имеются в виду четыре иранские династии, по первоцарям это легендарные Пишдадиды и Кейаниды, а также "исторические" Аршакиды и Сасаниды. Куда-то подевались Ахемениды… Искандар родился в одно время с шахом Дарой, который уже не считается кейанидом.

 

Когда покинул мир последний кей,

Бахман Дара вселенной правил всей

Дара гордился, что цари земли

Ему покорно дань свою несли

Тогда в Юнане правил Файлакус,

Его царем признали Рум и Рус

Чтоб знать его историю возьми

Прочти царя поэтов Низами…

 

На день рождения Искандера был составлен гороскоп самим Арасту (Аристотелем). В гороскопе говорилось о мудрости и справедливости Искандера и о том, что он завоюет весь мир, о его царственном благородстве, тень от которого будет подобна тени от крыльев солнечной птицы Симург. У Низами кроме Симурга к Искандеру благоволит ещё одна сказочная птица, приносящая счастье, — Хумай (в русских сказках это птица Гамаюн). Тот, на кого падёт тень от крыльев этой птицы, станет царём.

 

…Он — покровитель государства был,

Он в Руме утвердитель царства был.

… Так за три года набрался он сил

Владенья Рума удесятерил…

И, убедясь, что власть его крепка,

Он за предел страны повёл войска.

Магрибским дивам он нанёс удар,

Завоевал далёкий Зангибар.

Большая распря у него была

С Дарой – оплотом зависти и зла

Не медля, как опору бытия,

Завоевал он франкские края

И с франкским миром заключив союз,

Он покорил далекий Андалуз.

Идя обратно, Миср он захватил,

И небосвод – царя благословил.

Он там, с войсками ставши на привал,

Искандарию – город основал.

Потом, суди его источник сил,

Зардуштовы огни он погасил.

Потом в Иран пошёл, в иракский край,

Чтоб радостно запел иракский най.

Потом он взял Халеб и землю Шам.

Принёс благополучье беднякам.

Когда Йемену он явил свой лик,

Там камни превратились в сердолик.

 

Потом пред Меккой он предстал святой

И в Мекке прах поцеловал святой.

Потом к морским пошёл он берегам,

Кладя основу славным городам

Не завоёван оставался Фарс —

И что ж – ему без боя сдался Фарс.

И знамением счастья озарён,

В поход на Север устремился он.

И цепи гор пустынных увидал…

Вернулся и Хорезм завоевал

Даря, как солнце, милостью своей

Простор кыпчакских пастбищ и степей.

И он в трудах походных не ослаб,

Прошёл через Саксин, через Саклаб.

Прошёл он стороною Ос и Рус

И с ними дружбы заключил союз.

И гурджей и чаркасов посетил,

и гурджей и чаркасов покорил.

От Севера, где древних рек исток,

Он с войском устремился на Восток.

Колючки истребил в стране Фархар,

Отраду подарил стране Фархар.

В Мавераннахр он прилетел, как дым,

И Самарканд открыл врата пред ним.

Как ветер западный, страну Чигиль

Овеял он – так нам вещает быль.

И в Чин прибыв, он там разбил свой стан

И сам пришёл служить ему хакан.

И с Хиндом у него была война,

Пред ним склонилась Кейдова страна.

Он изваянья идолов низверг,

На древних алтарях огонь померк.

И к правой вере – всей вселенной круг

Привёл он, указавши путь на юг.

И через Синд, пройдя к Кечу Мукран,

Без остановки двинулся в Кирман.

Воздвиг он в Хорасане, говорят,

Прекраснейший из городов – Герат.

Пройдя пустынный и безлюдный край

Построил Рей, как первозданный рай.

И плод созрел в кругу великих дум

Мир покорив, он воротился в Рум" [4, стр. 609-611].

 

В этой пространной цитате из поэмы Навои пересказывается путь Искандара — Александра Македонского, путь завоевателя мира. Далее в своей поэме Навои подробно раскрывает этапы этого пути. В целом он следует за "правдивым Низами", однако в ряде моментов имеются отличия.

В современных названиях этот путь Александра Македонского выглядит так. Рум (Византия)Магриб (Алжир, Тунис, Марокко)Зангибар (Занзибар, Занг, страна в Африке, заселённая чернокожими зинджами). Далее следует большая распря с Дарой (персидским царём царей Дарием), при этом Сирия, Ирак и Иран ещё не были завоёваны. Далеезавоевание франкских краёв Европы вплоть до Андалузии (Испания). Мисрэто Мицраим – Египет. После основания Александрии египетской он пришёл в Иран и Ирак и "погасил Зардуштовы огни", запретил зороастрийскую религию. Халеб и Шам – Сирия и город в Сирии Алеппо. Йемен – страна на юге Аравии, которая во времена Низами – Навои считалась счастливой страной, ведь там дольше всех горит счастливая звезда Сухейль = Канопус. Появление в небе Сухейля есть знак начала уборки урожая, в честь которого устраивалось празднество. Из Йемена вывозился лучший сорт сафьяна, причём считалось, что его высокое качество – тоже знак воздействия звезды Сухейль.

В "Шах-наме" Фирдоуси тоже упомянут Йемен, но как Хамараван.

Мекка – город пророка Мухаммеда. Как правоверный мусульманин, Искандер должен был там побывать. Фарс – это юг Ирана, где находятся Шираз и Истахр, легендарная столица шахов, по-гречески Персеполь, "историческая" иранская столица времён Ахеменидов. Хорезм = Хива, это современная Каракалпакия. Кыпчакские степи находились к северу от Кавказского хребта. Кыпчаки, как полагают, это тюркское племя, которое русские летописи называют половцами. Кыпчакской рабыней была жена Низами Афак (Аппак, "Беленькая"), подаренная поэту правителем Дербента. И у многих русских, киевских и владимирских, князей были половецкие жены…

Саклабы – арабское название славян. Саксины – это саки, среднеазиатские скифы. Ос и Рус – осетины и русские. Во времена Низами ещё свежа была в памяти война иранцев с русами, так Низами именует союзные силы тюркских, славянских, финских племён, обитавших к северу от Кавказского хребта. Причём о русах и Низами, и Навои пишут как о рослых, светловолосых и рыжих воинах, любящих красный цвет. Гурджи и чаркасы – это грузины и черкесы. Фархар – мифический город. Мавераннахр – средневековое название Средней Азии, точнее области между Сыр-Дарьей и Аму-Дарьей, по-другому эта область называется Согд, Согдиана. Самарканд и Чигиль – города в Средней Азии; Чигиль славился красивыми женщинами. Чач – средневековый Ташкент.

Кирман = Керман, область в восточном Иране. Герат у Навои – столица Хорасана. Рей – древний город на месте современного Тегерана, был столицей Мидии, сокрушившей вместе с Вавилоном Ассирийскую державу. Оказывается, и его тоже построил Александр Македонский…

Чин = Китай, но во времена Низами – Навои это, скорее, китайский Туркестан, страна восхода солнца, где стояли изваяния Будды, где жили искусные художники и белокожие китаянки-тюрчанки. Мачин – это южный Китай. Хинд = Индостан. Там Искандер тоже уничтожил религию брахманизма и зороастризма. Кейд – правитель Индии. У Фирдоуси кейд – индийский мудрец, читающий судьбу по звёздам [1, стр. 700].

Но военный поход и завоевание мира лишь только начало славных дел Искандера. Само название поэмы Навои говорит, что главное его дело – возведение медно-железной стены от упомянутых в Коране яджуджей, дикарей, несущих горе и разрушение, в общем, от Гога и Магога.

Даже сегодня существуют остатки стены в Гургане (Гиркании), уходящие в степь от берега Каспийского моря. Эти руины называют "преградой Александра", хотя, по мнению Б. Миллера [28, стр. 99] стена была построена на восемь веков позднее Александра, при сасанидском шахе Фирузе, для защиты от эфталитов.

В своих походах Искандар заботился о строительстве дорог:

 

…На всех дорогах, для любой страны,

Ягач он сделал мерою длины.

И знаки расстояний на путях

Велел установить великий шах.

А на местах ночлегов каждый край

Был должен ставить караван-сарай"…

 

(Ягач – мера длины, около 7 км.)

Далее Искандар плавал по морям-океанам и даже спускался на морское дно в стеклянном шаре, искал живую воду:

 

Вёл Хызр его по суше, а Ильяс

В моряхвставал к кормилу в грозный час …

 

Здесь Хызр – нашедший живую воду и поэтому бессмертный пророк в зелёных одеждах, приходящий на помощь путникам в пустыне, а Ильяс – пророк Илья. В восточных преданиях Илья-пророк постоянный персонаж, святой, помогающий мореплавателям, спасающий терпящих кораблекрушение, подобно Николе Морскому. Хызр помогает путникам на суше. В турецком фольклоре эти два пророка слились в одно лицо: Хызрильяс, у Лермонтова – Хадерильяс.

Продолжая географию деяний Искандера по "Шах-наме", к перечню восточных географических названий можно добавить Систан, удел легендарных богатырей Сама, Заля и Рустама. Но Систан – это еще и Сакастан, Сагастан, Сеистан, Забул, Забулистан и Нимруз — "полуденная", южная страна. То есть авторы богатырского эпоса, включённого в "Шах-наме", жили ещё севернее Систана, в котором в доисламскую пору жили саки – скифы и русские.

Багдад и есть Багдад, произошедший от пехлевийской поговорки "богом дан"…

"В Багдаде, что ему был богом дан…" [1, стр. 665]. У Фирдоуси Багдад существует, как столичный город ещё при шахе Ардашире Бабакане, то есть, получается, задолго до основания современного Багдада. Ведь есть официальное мнение, что современный Багдад был заложен лишь в 762 году халифом Аль-Мансуром (в 1074 году по эре Александра, как пишет Бируни), который на пустом месте наметил план города линиями из семян хлопка, предварительно пропитанными нефтью, а затем сожженными…

Аравия – Пустыня всадников или Пустыня копьеносцев.

Медаин (Ктесифон) – иранская столица во времена Аршакидов и Сасанидов.

Сарандиб, как уже сказано, это Цейлон, на который по мусульманской легенде был изгнан из рая Адам.

Франкская страна, которую завоевал Александр Македонский у Навои, до Моря Тьмы (до Атлантического океана) – это Западная Европа. А родина Александра находится там, где море делит Рум и Франгистан, то есть Константинополь [18, стр. 750].

Если отвлечься от географии, уровень технологической фантазии Навои (морские корабли, разрывные снаряды, стеклянные шары, царский трон в виде планетария) наводит на мысль, что он был знаком с эскизам и проектам своего современника Леонардо да Винчи. Но ведь их обнаружили только в XVIII – XIX веках?

 

"Хай, Хай, Хай, Алло!"

 

В восточной литературе популярно число 1001. Оно присутствует в названии сборника арабских сказок "Тысяча и одна ночь", которые впервые появились в Париже в 1707-1717 годах. Н.А. Морозов приводит историю открытия этого сборника и предлагает рассматривать его, как пример апокрифичности восточной литературы. Первый европейский издатель этих сказок Галлан утверждал, что записал их со слов одного христианина из Алеппо. Рукописи, с которой якобы был сделан перевод, не оказалось. А многочисленные бытовые и географические ошибки объяснялись произволом издателя-книгопродавца. Сейчас издание Галлана считается "вольным переводом", исказившим "арабские подлинники", найденные намного позднее. Интересно, что параллельно с арабскими сказками "Тысяча и одна ночь", издававшимися Галланом, в Париже издавались и персидские сказки "Тысяча и один день" в пяти томах. Зерном и того и другого сборника было затерянное неизвестно где собрание персидских сказок "Хезар Эфсанэ", то есть "Тысяча сказок", откуда будто бы и заимствована уловка Шехерезады – Шекер-азаде, помогающая ей избавиться от казни, грозящей ей каждое утро [7, стр. 424].

Однако очень может быть, что к названиям этих сборников косвенно причастен Алишер Навои. В своей поэме "Смятение праведных" он прославляет Низами, обыгрывая его фамилию:

 

…Так он слова низал, что не людьми,

А небом был он назван – Низами…

Хоть пятибуквен слова властелин,

Но по числу он – тысяча один!

От бога имя это рождено,

А свойств у бога – тысяча одно!

 

Имя Низами в арабском начертании состоит из пяти букв. Однако сумма числовых значений букв, составляющих имя Низами, равно 1001.

В мусульманской религии действительно всех имён Божьих – 1001. Они находятся в четырех священных книгах: Таурат (Пятикнижие), Забур (псалмы Давида), Инджил (Евангелие) и Курьан (Коран). Но простым смертным известны лишь 99 имён Бога, из них семь считаются "прекраснейшими". Мусульманские мистики – дервиши, стремящиеся к полному слиянию с богом, для достижения религиозного экстаза используют "зикр", ритмический танец с бессчётным повторением имён бога: "Хай, Хай, Хай, Алло!" (Живый, Живый, Живый Бог).

В наши дни полмира начинают с этих слов свои телефонные разговоры.

 

Александр Македонский – пророк

 

Среди восточных поэтов и мудрецов многие были суфиями. Отрешение от мирского во имя вышнего давало внутреннюю свободу для их творчества. В их поэзии Искандер – Искандар – Александр Македонский – мудрый правитель, правоверный мусульманин и пророк…

У Джами в "Книге мудрости Искандара" [11], Арасту (Аристотель) изучает с молодым Александром Македонским книги Эклидуса (Евклида), круги планетных знаков и законы небесных сфер и сочиняет для него книгу заветов. В походы Александр имеет книгу мудрости Сократа, книгу мудрости Фейсограса (Пифагора), книгу мудрости Аскалинуса. В книге мудрости Сократа рассказывается эпизод о встрече Сократа с царём. Сократ, отвергший "тлен богатства и тщеты", оставшийся с одним кувшином, который стал для него домом, встретил царя, который, зная о мудрости Сократа, захотел выполнить его любую просьбу. Сократ попросил царя не загораживать ему солнце. В греческой мифологии похожий эпизод происходит при встрече Александра Македонского с Диогеном. Известна также легенда об Архимеде, который просил римского солдата "не загораживать ему солнце", и был за это убит.

А у Низами в поэме "Искандер-наме" в бочку удаляется жить придворный мудрец Александра Македонского – Платон [1, стр. 738]! До этого Платон был звездочётом, но, живя в бочке, он сочиняет загадочную мелодию, соразмерную высотам звёзд на небосклоне. (В традиционной истории нечто подобное пытались создать Пифагор с учениками и европейские ученые "герметики" в XVII веке.) Когда Платон играл свою мелодию, ему повиновались дикие звери, они засыпали и просыпались вновь. Ему позавидовал Аристотель и решил создать такой же руд (музыкальный инструмент), как у Платона. И ему это удалось. Он вышел в степь и сумел усыпить зверей, но не смог их пробудить. И тогда Аристотель пришёл на поклон к Платону, который заиграл на своем руде, и звери уснули, и вместе с ними уснул и Аристотель. А затем Платон своей игрой оживил и зверей и Аристотеля. За это царь Искандер дал Платону высший сан при своём престоле…

Мудрый Аскалинус – это, наверное, Фалес, который первым вычислил дату затмения Солнца и длительность земного года. Видимо, во времена Фалеса это были задачи примерно одинакового уровня сложности, потому что длительность года либо изменялась, либо вообще была переменной величиной. И. Великовский видел в этом пример неустойчивости в то время земной орбиты из-за "звёздных переворотов" [29].

Искандер с возрастом действительно становится мудрее. В свой новый поход по свету он берёт с собой "Величайшую книгу", в которую входят "Свиток о сути господней" и три "Книги знания". Возможно, здесь Низами имеет в виду часть Библии – книгу "веры Ибрагима" и книги Аристотеля – о сути добра и зла, Платона – обо всём, что он знал, Сократа – обо всём отрадном для души.

О пророческом сане Искандера известно не только из восточной поэзии. "Почитают за праведность божьим пророком" его в III веке, в Римской империи [3, стр. 549, 835]. Пророком Александр Македонский назван и в Коране [30, Сура 18 "Пещера", 83-105]. Весть о достижении пророческого сана приносит Искандеру небесный вестник, ангел Суруш. Ангел Суруш – это древний Сраоша, один из ангелов зороастрийского пантеона, сохранившийся и в мусульманских преданиях, как голос совести [3, стр. 760, 858]. И он же, Суруш, приветствует поэта Навои после создания его "Пятерицы".

 

Зу-ль-Карнейн

… В свете творчества великих поэтов Востока Фирдоуси, Низами, Навои очень интересно было бы выстроить восточную хронологию мировых событий, чтобы сравнить её с традиционной и новой хронологией. Однако восточная хронология мировых событий уже создана, причём задолго до создания европейской хронологии Скалигера-Кальвизия-Петавиуса. Автор восточной хронологии – Бируни. Его книга называется "Памятники минувших поколений" [5] и написана она на рубеже первого и второго тысячелетий нашей эры. Первое, что бросается в глаза при чтении книги Бируни – это то, что он не упоминает среди эр мировой истории, принятых у разных народов, Эру от основания города (Рима), Эру счёта лет по греческим Олимпиадам и современную нам Эру от Рождества Христова…

Отдельный раздел книги Бируни посвящён Александру Македонскому. Он называется "Слово о разногласиях народов о том, кто такой царь, которого называют Зу-ль-Карнейном".

"…Говорят, что приведённые в Коране рассказы о Зу-ль-Карнейне известны и ясны всякому, кто читал стихи Корана, посвящённые повествованиям о нём. Смысл их тот, что это был человек праведный и могучий, которому Аллах дал великую власть и силу и сподобил осуществить его цели на востоке и на западе: завоевать города, покорить страны, подчинить себе рабов божьих и объединить власть над миром в одних руках. Аллах помог Зу-ль-Карнейну вступить на севере в царство мрака и пройти его, лицезреть отдалённейшие пределы населённого мира, совершать походы против людей и "наснасов", встать между Яджуджем и Маджуджем и остальным миром, вступить в страны, примыкающие к месту их обитания на востоке и на севере земли, отразить их набеги и отвести их зло, соорудив в ущелье, из которого они выходили, вал из кусков железа, скреплённых расплавленной медью, как мы это и сейчас видим при работе мастеров…

А Александр, сын Филиппаионянин, объединив царство румов, разбитое прежде на множество владений, пошёл против царей Магриба и покорил их и углублялся в их страну пока не дошёл до Зелёного моря (в примечаниях это Атлантический океан). Потом он вернулся в Египет, построил Александрию и нарёк её своим именем, а затем направился в Сирию к тем, кто там обитал из израильтян. Он пришёл в Иерусалим, резал животных на жертвеннике и приносил жертвы, потом вернулся в Армению и прошёл далее, и ему подчинились копты, берберы и евреи. После этого он пошёл против Дария, сына Дария, чтобы отомстить за то, что натворили Бухтунассар (Навуходоносор) и вавилоняне, действуя в Сирии. Он сражался с Дарием и несколько раз обращал его в бегство. Во время одной из стычек Дария убил начальник его стражи по имени Науджушанас, сын Азарбахта, и Александр овладел царством персов. Он направился в Индию и Китай и ходил походом на отдалённые народы, покоряя те страны, по которым шёл. Потом он вернулся в Хорасан, подчинил его себе и построил множество городов. Затем Александр вернулся в Ирак, заболел в Шахризуре [5 – по примечаниям, это город в Курдистане] и умер там. Александр, в своих предприятиях, руководствовался мудростью и опирался в стремлениях на мнение своего учителя Аристотеля. По причине этого и говорили, что Александр, сын Филиппаесть Зу-ль-Карнейн. Это прозвище объясняли тем, что Александр достиг "рогов" Солнца, то есть мест, где Солнце всходит и заходит. Другие выводили это прозвище из того, что Зу-ль-Карнейн произошел от двух разных "рогов", разумея румов и персов. Они повторяли то, что ложно утверждали персы, поступая, как поступают враги с врагами: а именно, что старший Дарий женился на матери Александра, которая была дочерью Филиппа. Однако ему не понравился её запах, и он вернул её отцу, после того как она уже понесла. Персы говорили, будто происхождение Александра возвели к Филиппу лишь потому, что Филипп воспитал его. Утверждая это, они приводили в доказательство слова, которые Александр сказал Дарию (младшему), когда подоспел к нему, причём тот ещё дышал. Александр будто бы положил голову Дария к себе на колени и молвил: "О, брат мой, скажи, кто сделал это с тобою, чтобы я отомстил ему за тебя?". На самом деле Александр обратился к Дарию с такими словами только из сострадания и чтобы показать, что Дарий равен ему по сану, ибо невозможно было назвать его царём или по имени. Последнее было бы чрезмерной грубостью, неподобающей для царей. То, что Александр был сыном Филиппа, слишком известно, чтобы это скрыть. Что же касается происхождения Филиппа, то большинство генеалогов говорит, что Филиппсын Мадрабу, сына Гермеса, сына Харзаса, сына Метона, сына Руми, сына Латини, сына Юнана, сына Яфиса, сына Сухуна, сына Румия, сына Бизанта, сына Теофила, сына Руми, сына аль-Асфара, сына Элифаза, сына Исава, сына Исаака, сына Авраамамир над ним!"

Далее Бируни пишет о том, как халиф Омар ибн аль-Хаттаб услышал разговор людей, которые углубились в рассказы о Зу-ль-Карнейне, и сказал им: "Разве вам мало разговоров о людях, что вы пошли дальше и перешли к ангелам?".

Ещё одной причиной знаменитого прозвища Александра Македонского мог быть коранический рассказ по сирийской легенде VI века о том, что у Александра на голове было два нароста, вроде рогов [5, примечание к странице 49].

Бируни приводит несколько версий о происхождении Зу-ль-Карнейна, считая наиболее вероятной йеменскую. "…Только в этой стране есть имена с приставкой Зу". Хотя в книге самого Бируни есть и имена персидских царей с арабской приставкой Зу…

 

Где находится Стена Искандера?

 

Бируни разделяет праведного и могучего Зу-ль-Карнейна и иоянина Александра Македонского. Однако главным деянием и того и другого считается создание стены, защищающей мир от Гога и Магога.

В Коране говорится: "А когда Зу-ль-Карнейн достиг до места между двумя преградами, то нашёл перед ним народ, который едва мог понимать речь. Они сказали: "О Зу-ль-Карнейн, ведь Йаджудж и Маджудж распространяют нечестие по земле; не установить ли нам для тебя подать, чтобы ты устроил между нами и ними плотину?" Он сказал: "То, о чем укрепил меня мой Господь, лучше; помогите же мне силой, я устрою между вами и ними преграду. Принесите мне кусков железа". А когда он сравнил между двумя склонами, сказал: "Раздувайте!" А когда он превратил его в огонь, сказал: "Принесите мне, я вылью на это расплавленный металл." И не могли они взобраться на эту преграду, и не могли её продырявить." [30, Коран. Сура 18 "Пещера", 92-96].

 

Бой Александра Великого с дикими людьми. Рукопись XIII века.

Брюссельская библиотека [9].

 

Бой Александра Великого с оборотнями. Рукопись XIII века. Брюссельская библиотека [9].

 

Рассказ в Коране о вале, построенном Зу-ль-Карнейном, не указывает ясно, где его место на земле.

В азербайджанском эпосе "Китаби Деде Горгуд" и "Дербенд-наме" упоминается о построении Дербендской стены Александром Македонским. В народе она и поныне называется "Седди Искандер". Ас-Суйути пишет также, что "…когда Зу-ль-Карнейн достиг горы, именуемой Каф, его окликнул ангел. Зу-ль-Карнейн спросил его: "Что это за гора?" Ангел ответил: "Это гора, которая именуется Каф. Она – мать гор. Все горы (возникли) из её корней и если Аллах пожелает сотрясти какое-либо селение, он шевелит один из её корней". В баснословных преданиях гора эта считается жилищем дивов и пери и окутана мистической тайной. И эта гора, и последнее море для Джамшида и Искандера, находятся на границе между земным миром и небесным царством. Поэтому и невозможно их найти на Земле" [47].

Но если так, то насколько земными являются другие деяния Искандера – Александра Македонского?!

 

Summary

 

В свете Новой хронологии возникает вопрос: кто же всё-таки он был такой, Александр Македонский?! Или он всецело плод воображения сочинителей, как Илья Муромец, Вильгельм Телль или принц Гамлет?…

Сегодня в Интернете популярен "перевод с греческого" второй книги "жизнеописаний Плутарха" об Александре. В ней Александр не умер в 33 года в Вавилоне, а прожил ещё почти двадцать лет, всё больше сходя с ума от непомерной власти и вседозволенности. Как Сталин, он уничтожил всех соратников своей героической юности, всех, кто не оказывал ему рабского почтения и не возносил божеских восхвалений. Во второй части его жизни были уже не только победы, но и жестокие поражения его войск. В своём последнем, западном морском походе он воевал с африканцами, с Карфагеном и с молодым Римом. (Нечто подобное про Александра Македонского было ранее у К. Чапека.) В общем, здесь вокруг Александра Великого – Базилевса и шахиншаха нет романтического ореола. Он жесток и одержим жаждой власти над всеми. Чтобы оправдать оставляемые за собою кровавые следы, он требует признания своей богоизбранности.… Однако он всё же оказывается смертен и после его гибели мировая империя разваливается примерно так же, как в традиционной истории, только спустя примерно двадцать лет.

Если бы такая книга была написана в эпоху Возрождения, она вполне могла бы вписаться в традиционную историю, в которой кроме сочинений, вышедших из-под пера сподвижников Александра (Птолемея, Каллисфена, Аристобула), характерных героизацией его личности, существуют и Лукиан, у которого Александр в аду философствует с Диогеном. А благодаря Рабле стало известно, что Александр Великий в преисподней кое-как зарабатывает себе на хлеб, чиня старые штаны.

В восточной поэзии западный поход Александра Македонского состоялся задолго до покорения им Азии. А восточные походы Александра и его битвы с Дарием, по мнению историков, напоминают последующие иранские походы и битвы арабов при утверждении ислама [28]. А после покорения Ирана состоялся и западный поход арабов по северу Африки.

Западное направление арабской экспансии соответствует географии африканских походов Александра по восточной поэтической традиции.

В последнее время, уже после появления книг Великовского и Фоменко, появилось немало других книг, в которых предлагается взглянуть на античную историю и географию новыми глазами. Описываются арийские племена, этруски и скифы – саки, живущие в Аравии и в Палестине до прихода туда еврейских переселенцев. Последовательно развивается гипотеза о сыновьях Ноя – этрусках [50]. Прослеживаются русские корни у правителей хеттов и египтян. Рассматривается история библейской Рутены = Русены [31]. В этих книгах средиземноморские этруски, саки и русы считаются "…выходцами с Русской равнины, приложившими руку к древней истории". Автор "Новой географии" В.В. Макаренко [49] и большинство современных авторов, перенося древнюю Русь в библейское время и сопоставляя тех русов с античными греками и римлянами, отвергают Новую хронологию Фоменко и Носовского, и всё же прикладывают их сведения об античной и библейской Руси к современной карте Средиземноморья. В книгах Фоменко и Носовского, Валянского и Калюжного есть немало примеров того, как "двигались" названия морей и рек, городов и стран по географическим картам в процессе становления традиционной географии.

Можно представить, что когда-то Грецией называлась современная Сирия, которая была при этом культурным центром Средиземноморья. Остатки сирийских колоннад и баальбекские руины вполне допускают такое предположение. Эти сирийцы-греки даже плавали в Индию, где их называли яванами. Ближайшими их соседями были арабы и иранцы, с которыми у сирийцев были и дружба, и войны. Когда-то на эту Сирию-Грецию напал иранский царь Нассар-Навуходоносор, который пленил и казнил её жителей.

Спустя недолгое время в этой стране появился юный вождь, победивший соседних царей и пришедший затем в Рум, то есть в новую Грецию – Византию. Для Рума он был ионийцем. Так называет его Бируни, видимо, со ссылкой на византийца Евсевия Кесарийского. Но для какого-то другого народа он мог быть и арабом по имени Зу-ль-Карнейн. Ему удалось объединить Сирию и Рум в одну страну с единой армией. В Коране и у средневековых поэтов Востока он был мусульманином, но в отдельных "Александриях-Искандериях" он – христианин [48]…

Он прошёл походом всю Африку, как и исламские отряды в VII веке. Он побывал на юге Европы, как римский принц Юлиан Отступник. Накопив силы, он двинулся на восток, чтобы отомстить царю Дарию за бесчинства его предшественника, царя Навуходоносора, "которые тот совершил в Сирии". Так пишет Бируни [5]!

Шахиншах Дарий был царём не только Ирана, но и окрестных стран, в том числе Сирии и Рума, издавна плативших ему дань, а также отдалённых стран: Индии, Китая, отчасти Скифии – Руси. Так – у Фирдоуси и Низами. Владения Дария Великого, в основном, совпадают со средневековой империей сельджуков, имена царей в которой – Куй-Кубад, Кей-Хосров, – очень похожи на имена легендарных иранских царей-кеянидов, предшественников Дария.

Для иранцев Александр Македонский был румийцем. Так называют его в авестийских текстах и пророчествах [12]. У Навои он тоже "прекрасноликий румиец".

По общему мнению современных историков, география походов Александра Македонского чрезмерно широка. А у восточных авторов она ещё шире. Он побывал не только в Африке, Европе, Иране, но и далее, в Индии и Китае, на Кавказе, в Согдиане. Может быть, этими названиями во времена Александра и его первых биографов назывались не те страны, которые называются так сегодня. Например, Фирдоуси помещает Андалузию не в Испанию, а в Турцию. А у Низами и Навои земля Андалуз находится уже на крайнем западе Европы.

Масштабы походов Александра впечатляют и предполагают высокий уровень организации этих походов и технических средств передвижения. В своих сражениях и в мирной жизни он придерживался правил средневековой рыцарской чести. Он щедро награждал своих приближённых и был милостив с врагами, которые покорялись ему.

Он женился на дочери Дария, которую восточные поэты называют Роксаной [17, 18, 42]. При этом он стал законным преемником азиатского царя царей, по принятому на Востоке праву наследования по женской линии.

В Египте он основал Александрию Египетскую, а ещё он основал в Азии множество других Александрий, а также другие ныне известные города: Рей-Тегеран, Исфаган, Самарканд, Тбилиси.… Традиционные историки относят основание многих азиатских столиц во времена задолго до Александра. Но ещё в XIX веке волжские татары считали его основоположником Волжской Булгарии, ибо якобы он однажды покорил эти края [48].

Ему поклонялся Иерусалим. Он приходил в Сирию и Египет, и в Мекку – как османский султан Селим Явуз Грозный (1512-1520).

В поэмах Низами и Навои он воевал с Европой, завоёвывал франкские края и ходил в дальние морские походы, как Сулейман Великолепный (1520–1566).

В древней Индии издавна жили огромные муравьи, величиной с собаку, добывающие золото. Начиная от Геродота, про них писали многие авторы. Среди властителей, пытавшихся найти золотоносных муравьёв, были и Александр Великий, и Сулейман Великолепный [53, 54, 55]. Но "восточный Александр" не только воевал с соседями, но и дружил с ними, ездил в гости и приглашал к себе. Его сопровождали в походах мудрецы, учёные и поэты. Возможно, он и сам был поэтом, как османский султан Селим II (1566-1574), долго воевавший с иранцами, считавшийся не только "пьяницей", но и поэтом, причём поэтом персидским [52, 57]. А великий Аристотель – Арасту вдруг появляется в средневековых европейских гравюрах как дамский угодник, то с Филидой, то с Кампаспой. Хотя Кампаспа являлась также возлюбленной великого античного художника Апеллеса [9].

Арабские халифы называли "восточного Александра" святым пророком или Ангелом. Так у Бируни. В традиционной истории династия Ангелов царствовала в Руме спустя век после Македонской династии, императоры которой считали себя преемниками Александра Великого и царей Вавилона [51, стр. 230].

Поэты Востока называли его пророком, как и Магомета.

В Вавилоне – Багдаде и далее в Иране его называли шахиншахом, как и его предшественников, иранских царей, как называли там и другого румийца, Ису – Иисуса.

Видимо, период владычества Александра в Греции = Византии был вершиной для этой страны, потому византийские сказители и постарались приукрасить его походы и деяния. Спустя три-четыре столетия разрозненные истории о его победах оформились в античную литературу Арриана, Плутарха, Диодора, существенно отличавшуюся от арабских и иранских первоисточников…

Для Бируни иранские и западные сказания об Александре были уже настолько разными, что он мог предположить, будто в них описаны разные персонажи…

Впрочем, возможно, Арриан и Плутарх писали свои сочинения уже после Бируни. Тем более что сочинение Плутарха – это не научная биография. Его жизнеописание Александра подано в сравнении с другим героем античности Юлием Цезарем, которого Бируни, правда, упоминает лишь раз, и то как мифического персонажа, "который правил румами задолго до появления библейского Моисея, и к которому возводят свое происхождение евреи и все иудеи" [5, стр. 65-67].

Сочинения Арриана – это тоже не биография Александра, а описание его персидского похода со ссылкой на современников Александра, Птолемея и Аристобула. Третий биограф Александра, Диодор Сицилийский, писавший о нём спустя два века после событий, известен как составитель хронологии Олимпийских игр, о которых тоже ничего не пишет всезнающий Бируни. Хотя восточные герои и авторы сочинений о них считаются более близкими к нашему времени, чем античные.

Несмотря на многообразие исследований и книг о загадочном Востоке, он во многом остаётся загадкой не только для широкой публики, но и для историков. Историю Востока не изучают в школах так подробно, как историю античности. Поэтому зачастую восточная тематика не задевает души.

Я не тещу себя иллюзией, что мои читатели побегут в библиотеки, полезут в Интернет, чтобы самолично перечитать Фирдоуси и Бируни. Но для научных исследований в области мировой хронологии книги поэтов Востока и сочинения Бируни могут иметь большое значение. Поэтому настоящая подборка адресована в первую очередь тем, кто занят исследованиями в этой области. Хочется верить, что здесь они смогут найти интересные факты и соображения для углубленных исследований на своём уровне. Например, звёздный каталог Бируни, приведённый в "Каноне Масуда", может оказаться полезным в астрономических спорах и обсуждениях.

Отдельная тема – "Древняя Русь у поэтов Востока". Здесь не только переписка Александра Македонского с древнерусскими князьями и вручение им собственноручно подписанной грамоты за верную службу [44, 56]. Например, в поэме Низами описано сражение Александра Македонского с русскими, окончившееся примирением. Имя предводителя русских – Кинтал, в оригинале у Низами звучало как Киниаз-и-Руси, что означало просто "русский князь" [56]. Или: традиционно считается, что изображения Александра Македонского на стенах древнерусских храмов старше, чем Куликовская битва. Однако распространение в Древней Руси романов об Александре приходится на XVI-XVIII века. Характерно, что восточные "Александрии" пришли на Русь раньше, чем "правильные" Плутарх и Арриан.

Уже в советское время писатель Леонид Соловьев, автор "Повести о Ходже Насреддине", собирая современный ему среднеазиатский фольклор отмечал, что на Востоке во многих песнях и сказаниях преемником Александра Македонского – Искандера выставлялся Владимир Ильич Ленин. В одном киргизском сказе, где Ленин назван "младшим братом Искандера", забавным образом спутаны "румийский" властитель и старший брат вождя Александр Ульянов [48]…

 

Список литературы

1. (23) Фирдоуси. Шах-наме. "Библиотека Всемирной литературы", том 24. Вступление Б. Гафурова, примечания и словарь Н. Османова. М.: Художественная литература, 1972.

2. (251) Фирдоуси. "Шах-наме". Том пятый. "От начала царствования Искендера до начала царствования Йездегерда, сына Бахрама Гура", перевод Ц.Б. Бану-Лахути и В.Г. Берзнева. М: "Наука", 1984.

3. (17) Низами. Пять поэм. Сокровищница тайн, пер. К. Липскерова, С Шервинского; Хосров и Ширин, пер. К. Липскерова; Лейли и Меджнун, пер. П. Антокольского; Семь красавиц, пер. В. Державина; Искендер-наме, пер. К. Липскерова. "Библиотека Всемирной литературы", том 25. Вступление, составление и примечания А. Бертельса. М.: Художественная литература, 1968.

4. (18) А. Навои. Поэмы. Смятение праведных, пер. В. Державина; Фархад и Ширин, пер. Л. Пеньковского; Лейли и Меджнун, пер. С. Липкина; Семь планет, пер. С Липкина; Стена Искандара, пер. В. Державина."Библиотека Всемирной литературы", том 20. Вступление В. Захидова, составление А. Каюмова. М.: Художественная литература, 1972.

5. (24) Абу Райхан Бируни. Избранные произведения. Том I. "Памятники минувших поколений". Вступление С.П. Толстова. Ташкент, Изд-во АН УзССР, 1957.

6. (252) Омар Хайям. Науруз-наме. О молодом вине, хорошем пере и красивом лице. В книге: "Как чуден милой лик. Рубаи". М.: Эксмо, 2005.

7. (94) Морозов Н.А. Миражи исторических пустынь между Тигром и Ефратом. Клинописи. М.: Крафт+, 2002.

8. (253) Ш. Руставели. Витязь в тигровой шкуре. Пер. с грузинского Н. Заболоцкого. М.: Просвещение, 1984.

9. (115) Ат-Табари. История пророков и царей. Интернет. Библиотека сайта XIII век. По изданию: Шмидт А. Н. Материалы по истории Средней Азии и Ирана. Учёные записки Института востоковедения. М.-Л.: 1958. Т. XVI.

10. (254) Поэзия и проза Древнего Востока. Вступление И. Брагинского. "Библиотека Всемирной литературы". М.: Художественная литература, 1973.

11. (217) Джами. Книга мудрости Искандара. Перевод с фарси В. Державина. Ирано-таджикская поэзия. "Библиотека Всемирной литературы", том 21. Вступление, составление и примечания И. Брагинского. М.: Художественная литература, 1974.

12. (176) Дубровина Т.А., Ласкарева Е.Н. Заратустра. М.: Олимп-АСТ, 1999.

13. (255) Афанасьев А.Н..Русские народные сказки. М.: Оникс 21 Век, 2005.

14. (256) "Иммануил Великовский и Новая хронология" (реферат).

15. (125) Носовский Г.В., Фоменко А.Т. Реконструкция всеобщей истории. Новая хронология Индии. Исследования 2002-2003 годов. М.: ЗАО ФИД "Деловой экспресс", 2004.

16. (237) Владимир Державин. Поэзия мудрости. Интернет.

17. (257) Омар Хайям. Рубаи. Примечания и комментарии. Интернет.

18. (258) Ал-Бакуви. Сокращение книги о "памятниках" и чудесах царя могучего. Интернет. Библиотека сайта XIII век.

19. (259) Таранов П.С. От Периандра до Ван Шоуженя. М.: АСТ, 2001.

20. (260) Носовский Г.В., Фоменко А.Т. Начало Ордынской Руси. М.: АСТ: "Всеобщие исследования", 2005.

21. (322) Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией. Спб.: 1890. В сборнике: История Ирана. Киев, "Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией". Спб,: 1890, М.: Альтернатива – Евролинц, 2003.

22. (262) Брюшинкин С.М. Тайны астрофизики и древняя мифология. М.: Вече, 2003.

23. (263) Петроний Арбитр. Сатирикон. М.: Вся Москва, 1990.

24. (264) Гумилев Л.Н. Тысячелетие вокруг Каспия. СПб.: СЗКЭО, "Кристалл", 2002.

25. (265) Низовский А.Ю. У истоков мировых религий. М.: Вече, 2002.

26.. (16) Беренд Й., Шмитц Э. Буря над АзиейАлександр Великий завоёвывает мир. Сборник "СФИНКС-2. Загадки истории". М.: Внешсигма, 1998.

27. (111) Великовский И. Народы моря. Ростов на Дону: Феникс, 1997.

28. (266) Миллер Б. В сборнике "Мидия. Персия. Иран. Древние царства Востока", М: 2003.

29. (113) Великовский И. Миры в столкновении. М: Новая Планета, Крафт+, 2002.

30. (267) Коран. Перевод смыслов и комментарии В.М. Пороховой. СД-диск "Коран". Электронная библиотека. Том 10, DirectMEDIA, 2003.

31. (268) Абрашкин А.А. Русь средиземноморская и загадки Библии. М: Вече, 2003.

32. (312) Н.Н. Непомнящий. Тайны ушедших веков. М. Вече, 2001.

33. (146) СД-диск "Irania-2", Iran, 1997.

34. (147) СД-диск "Persia Older Than History", Iran Garden Publication, 2002.

35. (209) СД-диск. Иран-Исфаган. Видеоматериалы по Исфагану.

36. (52) СД-диск. Эрмитаж. Искусство Западной Европы. Художественная энциклопедия. "Интерсофт", 1998.

37. (60) СД-диск "Гравюра". Электронная библиотека. Том 14, DirectMEDIA, 2002.

38. (42) СД-диск "Античная мифология в искусстве. Словарь". Электронная библиотека. Том 49, DirectMEDIA, 2005.

39. (59) СД-диск "Возрождение". Электронная библиотека. Том 30, DirectMEDIA, 2003.

40. (77) Фоменко А.Т. Основания истории. Научно-историческая книжная серия "Первый канон". Том I. М:. РИМИС, 2005.

41. (62) Гнедич П.П. История искусств. СД-диск. "История искусства: классические труды". Электронная библиотека. Том 18, DirectMEDIA, 2003.

42. (128) Iran today. – Tehran-Iran: GITASHENASI, 2001.

43. (271) Калюжный Д.В., Жабинский А.М. Другая история литературы. От самого начала до наших дней. М.: Вече, 2001.

44. (269) Бычков А.А. Киевская Русь. Страна, которой никогда не было? Легенды и мифы. М.: ОлимпАСТАстрель, 2005.

45. (78) Савельев Е.П. Древняя история казачества. Предисловие, составление А.Т. Фоменко, Г.В. Носовским. М: Вече, 2002.

46. (295) Крафт Г.В. Из подлинного и обстоятельного описания… ледяного дома. В сборнике: История государства Российского. Хрестоматия. XVIII век. Книга вторая. М.: "Книжная палата", 2001.

47. (270) Фирудин Гилар Бек. История Бога Азера. Интернет. Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

48. (293) Каграманов Ю.М. //"Новый мир" 3, 2002, Интернет.

49. (202) Макаренко В.В. Откуда пошла Русь? Новая география древнего мира. М.: Вече, 2003.

50. (278) Афанасьев А.Ю. Мифология катастроф. М.: АиФ Принт, 2003.

51. (213) Даркевич В.П. Аргонавты Средневековья. М.: КДУ, 2005.

52. (192) В.В. Бартольд. Иран. Ташкент, 1926. В сборнике: История Ирана. КиевМосква: Альтернатива – Евролинц, 2003.

53. (309) Табов Й. Закат старой Болгарии (Новая хронология Балкан). М.: Крафт+, 2000.

54. (310) Жизнь чудовищ в средние века. Перевод с лат., статьи Н. Горелова. СПб.: Азбука-классика, 2004.

55. (311) Послания из вымышленного царства. Перевод с лат., составление, вступление Н. Горелова. СПб.: Азбука-классика, 2004.

56. (296) Демин В.Н. В поисках колыбели цивилизации. М.: Вече, 2004.

57. (313) Лэмб Г. Сулейман. Султан Востока. М.: Центрполиграф, 2002.

58. (9) Егер О. Всемирная история. Под ред. Л.К. Полевого. СД-диск. "Оскар Егер", IDDK – M.: 2002.